Прошка Лебеда и жезл некроманта

Огромные груди лежали на выпирающем во все стороны животе, набедренная повязка тонула в складках ее тела. Некромант понял, почему ее везли вместе с шатром на отдельном транспорте. Он понял, почему на прием к царю-батюшке, как рассказал воевода, королева вместо себя прислала свиту. Сама она физически не могла ходить. Как матка в муравейнике, она лежала двадцать четыре часа в сутки, поглощая все, что ей дают, и командовала своим шустрым семейством.

— Ну здравствуй, некромантушка, — произнесла королева густым басом.

— Угощайся.

Протянув руку, женщина схватила ногу зажаренного целиком кабана и одним движением вырвала ее вместе с костью из туловища. Затем вгрызлась в плоть. От такого зрелища аппетит, куда-то испарился.

— Что же ты не проходишь? — спросила королева, еще не доживав кусок мяса.

«Главное, не разочаруй ее ничем» — вспомнил Прошка напутствия инквизитора. — «Не оскорби»

Легко сказать. То, что еще десять минут назад казалось приятной, при этом необременительной обязанностью, теперь выглядело, как невыполнимая миссия.

Но деваться было некуда.

«Не они тебя порешат, так батюшка-царь накажет» — звучало в голове.

Прошка взял себя в руки и шагнул вглубь шатра. Затем, опомнившись, и стараясь не смотреть на королеву, как будто от скромности, он поклонился. Присел по-турецки по другую сторону разложенной на полу скатерти с угощениями.

— Ну, некромант, — обратилась к нему королева. — Ты кушай, кушай.

Прошка оглядел стол. Блюда здесь были все разные, но однотипные.

-Все, что для нашего дела полезно, — стала объяснять королева.

— Вот яички бычьи, вот причиндалы свиные. А там вон, в большой кастрюле медвежьи. Их восемь часов вываривали. А это перепелиные… — она указала тучной ладонью на блюдце с чем-то крохотным.

— А что у них тоже есть? — удивился Прошка.

Королева пожала плечами. Из съедобного на столе был разве что тот кабанчик. Уже без окорока. Но находился он в непосредственной близости от Фриды, а потому его вполне можно было счесть за ее личное блюдо. Все остальное…

Если бы не суперспособность Прошки жрать все подряд, здесь за этим столом и закончилась бы его жизнь.

Погиб бы или от разрыва желудка, или от чувства отвращения ко всем этим угощениям. А так справился. Отведал всего по чуть-чуть. Даже от медвежьего отщипнул, чтобы королеву не обижать. Та, между делом, оставила на своем блюде гору костей, две пары копыт и пятачок.

Прошка нашел в себе силы посмотреть на королеву и улыбнуться. Та растянула губы в ответ.