Книга пятничных рассказявок. Желтый том

А что, вообще ничего нет?

— Нету, милая, и не проси! Я всё тридесятое обслуживаю. На всех нежности не напасёшься, раньше надо приходить! Утешения немного осталось, хочешь?

Василиса скривила свой хорошенький носик и фыркнула:

— Утешение не хочу, праздник же, понимать надо!

Баба Яга ухмыльнулась:

— Так ты, родненькая скандальчик закати. Да посильнее. А потом раз и подарочек как раз в тему! Утешитесь так, что три года вспоминать будете!

Василиса подошла ближе к котлу, в котором что-то булькало и источало ароматный запах.

— А это что?

— А это для моего подарочек. Хорош?

— Пахнет вкусно. Это что-то любовное?

— Это что-то вкусное, — передразнила Баба Яга, —Путь к сердцу мужчины лежит через желудок, слышала? Вот я и прокладываю. А мой Кошик он ой как любит этот путь!

— А он длинный, путь этот?

— Длинный не длинный, зато самый верный!

Василиса ещё раз принюхалась и попросила:

— Яга, милая, выручай! Отлей хоть полкастрюльки.

— Отлить ей. Сама приготовишь, не королевишна. Записывай, горе ты моё: берешь кус мяса, без жира; режешь на кусочки.

Через десять минут счастливая Василиса вылетела из избушки Бабы Яги.

— Молодежь, — вздохнула Яга, — ни здрасти, ни спасибо. А узнать, что после кормления делать? Тьфу! Пусть сама разбирается.

Душа в душу

— Заседание объявляется открытым! — гавкнул Сенбернар Варфоломей, за глаза именуемый Батя.

— Совсем нас за собак не считают, — продолжил Батя, почесав лапой за ухом, — не служим, а прислуживаем, тьфу, смотреть противно. У кого какие предложения, господа?

— Охотиться, всем надо охотиться — движение и охота, вот, что нас спасёт.

— Ишь, какая борзая, охотиться ей!

— Не борзая, а Борзая, попрошу правильно расставлять акценты. Можно подумать у вас есть предложение получше.

— Где нам тут охотиться, — произнёс Лабрадор, — да и как можно на живых существ бросаться. Дружба-мир-косточки!

— Вам бы только о косточках, уважаемый, а охранять человека от человека кто будет? — Овчарка сделала шаг вперёд. — Служить кому прикажете, левреткам?

При этих словах левретка спряталась в сумочку и немного описалась.

— Служить? — переспросил Йоркширский Терьер. — Это мячик приносить или палочку? Я бы только мячик, а то палочка непонятно где валяется, грязная, б-р-р-р. И потом, у меня бантик. Видели какой красивый? — и он гордо продемонстрировал бантик.

Ротвейлер сердито выдохнул:

— Собаки мы или кто, какой ещё бантик?

— Вот, жёлтенький! — и Йорк подошёл поближе, чтобы ему было виднее.