Огненный Факультет

— И я не лингвист-любитель, я профессионал!

Даже не знаю, что звучит страннее? Вампир, живущий в Академии, или вампир, работающий в Академии? Или вампир-лингвист? В любом случае я не очень понимаю, зачем меня-то сюда привели?

— Да,— Ромиус поморщился.— Он у нас в некотором роде, приглашенный со стороны специалист... в том числе и по твоей проблеме.

— А у меня есть проблема? — решил уточнить я.

— А что, нет? — удивился вампир.— Так щас устроим.

Я невольно сделал шаг к двери. Человек, хоть раз общавшийся с вампиром, меня поймет.

— Постыдись, Вельхеор,— упрекнул его Ромиус.— Стар как мир, уже третий десяток пошел, а все туда же — детей пугать.

Я, конечно, понимал, что речь идет вовсе не о десятках лет. У вампиров сроки жизни меряются веками. Кстати, если так долго жить, точно свихнешься... это в некотором роде объясняло странности поведения.

— А что? — скорчил смиренное лицо этот самый... Вельхеор.— Ты же знаешь, я безобиден, как.

Вампир повертел в воздухе рукой, задумчиво повращал глазами, но подходящего сравнения так и не нашел.

— В общем, безобиден я.

— Ага,— согласился Ромиус.— Хватит табуреткой-то прикидываться.

— Ты меня поражаешь! — воскликнул вампир.— Откуда такое знание сленга?

Ремесленник промолчал.

— Ладно, скажи, зачем ты притащил в нашу берлогу этого молодого человека, пока я от любопытства не начал кусать локти, причем, скорее всего, не свои.— Вампир опять покосился в мою сторону.

Я сам не заметил, как уперся спиной в дверь.

— Этот молодой человек, между прочим, очень интересные песенки сочиняет. Не хочешь послушать?

— Я что, похож на меломана? — не понял Вельхеор.

Да и я, если честно, не совсем понял, при чем тут мои песни.

— Похож, похож,— обрадованно закивал Ромиус.— Помню я, как ты свои песни любимые распевал по ночам под гитару.

— Слышал? — насупился вампир.

— Не слышал, а слушал,— поправил Ромиус.— Потому и привел сюда этого парня.

Вампир на секунду застыл с музой в руках, потом кивнул каким-то своим мыслям и вставил диск в свою музыкалу. По кабинету разлилась медленная музыка, а потом мой высокий голос (между прочим, поставленный лучшими преподавателями по вокалу, спасибо тете) запел:

Надо мною тишина,

Небо полное дождя.

Свет проходит сквозь меня,

Но боли больше нет.