Мировое (не)счастье

Тут не было богов, которым люди и нелюди могли поклоняться, их всех заменял сам Мир. Мир был живой, он дышал, жил, желал и управлял, а жрецы помогали доносить его волю обычным жителям. Майя назвала бы это поклонением Земле, но как тогда назвать то, что воздух был дыханием мира, неотделимое от него, так же как огонь и вода. Местное население не било поклоны, не приносило жертву, но просило о помощи, благодарило и всячески упоминало мир в своих делах. Иногда жрецы действительно могли кого-то пригласить в главный храм, но это случалось очень редко.

— Ага. Я сам удивился, — Маркус улыбнулся.

— А … Кого именно они пригласили? — решила уточнить девушка. — Меня или всю нашу семейку? Это как-то связано с детьми? Неужели и там нашлись женихи?

— Нет, нет, — тут же заверил ее Маркус, — жрецы не женятся. Они вообще отказываются от своей семьи, если Мир призвал их служить себе, так что даже за родственников попросить не могут. И позвали они только тебя. Но не переживай, одна ты никуда не пойдешь.

— А как же дети? — растерянно спросила Майя, оглядываясь назад, где няньки как раз собирали все раскиданное, чтобы пойти в дом.

—Они будут дома, — шепнул Маркус, — под защитой. Но если ты хочешь, мы отправимся в храм вечером, когда все остальные мужья будут дома.

Девушка рассеяно кивнула. Она не представляла, что же такого сделала, раз жрецы обратили на нее свое внимание. Это ведь могло быть и предупреждение от мира, что она что-то сделала не так. А ей уже не хотелось покидать этот мир.

За последние пять лет она успела полюбить всех семерых мужей, и теперь не могла представить себя без кого-либо из них.

Глава 2

Майя погрузилась в воспоминания о прошедших пяти годах.

Парочка оборотней ее всегда веселила. Эти два оболтуса могли поднять настроение в любой момент, а когда ей было плохо, оборачивались в мохнатую ипостась и согревали своим теплом, позволяя зарываться пальцами в шерсть. Они терпели даже если их поливали слезами, а порой и кое чем еще.

Увы, было две вещи, с которыми бороться оказалось невозможно: сон в животной ипостаси на ее кровати, и игры в саду. Майя уже пожертвовала его частью, высадив там шиповник с облепихой, а на границе устроила полосу из акации. Местный садовник, старательно срезает с нее шипы, но только с той части, которая выходит в общий сад, а на «лисьей» оставляет. Но все равно, стоило парням заиграться, шерсть порой оказывалась на цветах и клумбах.