Саймон Тэйкер и второй год в Хогвартсе

Вот только остальные основатели, как ни бились, так и не сумели её найти. Вот и придумали эту красивую и страшную сказку, чтобы потомки не совали в это дело свой нос, на случай, если там действительно что-то опасное. А вот ужас, который якобы должен изгнать маглов из школы – это уже явно прощальный пинок Гриффиндора, с которым Слизерин явно рассорился сильнее всего. Хельга и Кандида всё-таки дамы, и поневоле приходилось сдерживаться, даже если разногласия были серьёзные, и Годрику наверняка нередко приходилось отдуваться за троих.

Да, несмотря на то, что ненависть к маглам у Слизерина явно была преувеличена, если вовсе не надумана, Саймон допускал, что в целом у основателя их факультета характер был тяжёлым, и поладить с ним было непросто.

Вот только как теперь это объяснить с точки зрения текущих событий? Ну, допустим, Тайной комнатой всего лишь прикрываются. Тогда кому и зачем вообще это понадобилось? Ну, хорошо, если нападение на кошку Филча можно считать “благодарностью” кого-то из страшекурсников, хотя и шутка выходила очень далеко за рамки, то по какому поводу напали на Колина? Его родители, судя по всему, маглы, и в магическом мире не имеют никакого веса.

Так какой смысл было нападать на этого первоклассника, вся вина которого была в том, что он по всей школе бегал со своей камерой и фотографировал всё, что движется. Это как раз естественно, ибо мальчишка, который всю жизнь про магию знать не знал, внезапно обнаружил, что можно делать фотографии, которые двигаются.

- О чём задумался? – спросил Драко, про существование которого Саймон чуть не забыл.

- О Тайной комнате, - ответил Саймон.

- Тебе больше думать не о чем? – фыркнул Драко.

- Да повод-то задуматься есть, - мрачно ответил Тэйкер, - сегодня ведь было новое нападение.

- Серьёзно? – Малфой поднял брови, - и на кого же?

- На Колина Криви, - отстранённо ответил Саймон, которому в голову пришла ещё одна мысль. Дамблдор. Он не смог расколдовать миссис Норрис, и он даже не попытался изучить Колина, чтобы понять, можно ли с того снять оцепенение.

И если Дамблдор, о способностях которого уже не один десяток лет ходили невероятные слухи, не смог их расколдовать, значит… их заколдовало что-то, что имеет куда большую силу. Возможно, это нечто даже не было человеком. Но тогда…

- Это который с камерой бегал за Поттером и был готов ему за снимок туфлю поцеловать? – фыркнул Драко, вспомнив, наконец, о ком говорил Саймон.

- Да.

- И что с ним?

- Оцепенел. Как и миссис Норрис.