Саймон Тэйкер и второй год в Хогвартсе

И как ни странно – но это сработало. Змея послушно опустилась на землю, свившись, как садовый шланг, и немигающим взглядом уставилась на Поттера.

Тот, повернувшись к Джастину, улыбнулся, но Финч-Флетчли смотрел на него со страхом и яростью.

- Устроил тут представление, - выкрикнул он и, круто развернувшись, выбежал из Большого Зала. Снейп подошёл к змее и взмахнул волшебной палочкой. Змея испарилась струйкой чёрного дыма. После чего он нехорошо уставился на Поттера. И тот искренне не понимал, почему.

- Да что такое-то? – растерянно произнёс он, - я ведь велел ей никого не трогать.

Но Поттеру, судя по всему, никто не верил. Всё больше и больше студентов смотрело на него со страхом и неприязнью, а он смотрел всё более растерянно и непонимающе.

Саймон, видя такую несправедливость, хотел было вступиться за Поттера, сказать, что он говорит правду. Но всё же смолчал. Во-первых, этим он выдал бы и себя, что знает змеиный язык, а ему на такую реакцию других студентов нарываться не хотелось. А, во-вторых, Саймону вспомнилась его травма на уроке зельеварения неделю назад.

Уж не Поттер ли случайно устроил то представление? Поттер, которому на первом курсе разрешили играть в квиддич, который может позволить себе ночами гулять по школе, который приезжает в школу на летучем автомобиле – и которому всё сходит с рук, потому что он Гарри Поттер. Так, может, и хлопушку запустил Поттер?

Поэтому он лишь молча наблюдал, как Уизли и Грейнджер уводят Поттера из зала, перед которым все расступались, как прокажённые.

Когда они исчезли, Локонс растерянно сказал:

- Что ж… вы все молодцы… на сегодня собрание клуба окончено. О новом собрании будет сообщено дополнительно…

- Ну надо же, - в пределах родной гостиной Малфой, наконец, позволил себе говорит свободно, - Поттер-то, оказывается, не дурак со змеями поговорить. Странно, что с таким-то талантом Шляпа не распределила его на Слизерин.

Саймон, поглаживая Тритона, рассеянно кивнул. Его больше интересовало то, откуда ему самому известен змеиный язык.

В детстве его не раз водили в магловские зоопарки, и никогда, никогда ни одна змея, ящерица или любая другая рептилия с ним не говорили. Откуда тогда в нём такие способности?

- А ты как думаешь, Саймон, - что он ей сказал? – спросил Малфой, - и почему ты вообще решил использовать это заклинание?

- Откуда же я знаю, что он ей сказал, - Саймон пожал плечами, - после его слов змея стала вести себя смирно. Наверное, он как-то её успокоил.