Трубадур: Начинающий артефактор.

К тому же, зачем вы меня так обрядили? Попроще ничего не было?

– Это повседневная одежда приличных людей, – пожал плечами Ларион. – Привыкай.

– Что-то я ни одного человека в подобном здесь не видел.

– А многих ты видел? – усмехнулся бородатый. – Только егерей. А они люди военные, к тому же, на боевых постах, они обязаны в броне ходить.

– Ладно, – вздохнул я. – Что мне еще нужно знать?

– Основы этикета, естественно. Слушай и запоминай.

Ничего сложно вы этих основах не было, по крайней мере, пока дело касалось мужчин.

При встрече обязательно нужно снять шляпу и приложить ее к груди и оставить ее там до конца разговора. Если шляпы нет, коснуться лба и груди правой рукой. Такое своеобразное приветствие, невыполнение которого считается неуважением к собеседнику. Нельзя также сидеть, если ваш собеседник стоит. К высшим чинам нельзя обращаться без разрешения, сидеть при них и надевать шляпу. Что касается женщин, то там вообще лютая е… Сложно, в общем. Много чего нельзя, даже разговаривать, если женщина замужем, без разрешения мужа. За прикосновение вообще чуть-ли руки не отрубают. Жесть короче.

– М-да… – почесал я затылок. – У нас все гораздо проще.

– Правда? – оживился Ларион. – Расскажешь?

– Позже. Сейчас я хочу размять конечности.

Ларион понимающе кивнул.

– Что ж, тогда пойдем.

За дверью был короткий коридор, с одной стороны у него было узкое окошко, напоминающее бойницу, а с другой дверь, через которую мы и вышли, в большой комнате, с огромной кучей дверей и диванами.

– Это – основная комната. Вон те дальние двери ведут вниз, в гостевой зал. Эта, - он указал на дверь, что была рядом с нами, – в мой кабинет. Дальше кабинеты моих подчиненных и комната для слуг.

Я кивнул. Тут царил максимальный минимализм и полумрак из-за того, что практически не было источников света. Ни ковров, ни картин, ни каких-либо других украшений. Просто голые бревенчатые стены и серые диванчики.

Мрачновато.

– Идем.

Мы прошли через еще одни двери и оказались на чем-то типа балкона внутри дома. Тут уже было довольно светло, да и парочка цветов стояла. Вниз вели две широкие винтовые лестницы, по которым немедля и спустились.

Внизу стояли люди, и немало. Человек семь.

– Сейчас я тебя представлю прислуге и племянницам, с ними ты будешь больше всего пересекаться, – негромко сообщил Ларион, вмиг заволновавшемуся мне.