Бегущая за ветром - 1

Сопротивляться его сногсшибательной харизме или обаянию долго не выходило.

— Конечно, полетим. А успехи есть. Смотрите, — и я продемонстрировала ему все, чему научилась за это время.

Дядюшка во время моего сольного выхода стоял в стороне со скрещенными на груди руками и внимательно наблюдал. По окончании представления, он три раза похлопал в ладоши и произнес:

— Я впечатлен, детка! Особенно твоим мечом! Такого я не ожидал и еще не видел! Ты молодец, на самом деле. А выход с водой и ветром в прямом и переносном смысле — сногсшибательный! — от дядюшкиной похвалы, я прямо-таки воспарила над землей.

Но Амадей не был бы Амадеем, если бы не добавил в бочку с медом ложку дегтя.

— Вода и воздух, однозначно, твои друзья. Эффектно и эффективно получилось, чего и следовало ожидать после твоих недавних водно — воздушных кульбитов.

— Дядюшка, и долго вы еще будете мне это припоминать?

— Наверное, до тех пор, племянница моя дорогая, пока не увижу, что ты стала более осознанно и ответственно принимать решения.

— Я уже стараюсь, — вот не получилось у меня посмотреть на него со спокойным и невозмутимым видом.

— Да я заметил, девочка. И я просто волнуюсь за тебя. Иногда, — он подошел, слегка обнял за плечи и с высоты своего роста коснулся губами моей макушки. Как сквознячок пролетел. А мне так сразу стало спокойно и хорошо!

И продолжил:

— Пойдем, посидим, на птиц посмотрим, и все обсудим, — и галантно предложил мне опереться на его локоть. Мы мерным шагом двинулись в направлении пруда.

Началась светская беседа, которой между делом ненавязчиво обучал меня Амадей с некоторых пор. Хранитель мой поинтересовался строительными работами и успехами Сапфира, который в последнее время всем демонстрировал чудеса сообразительности. Внимательно слушал мои рассказы. Малыш весело кружился вокруг нас и не успокоился, пока мы не присели в кресла. Задумчиво наблюдая за уточками, мирно плавающими в прозрачной воде, Амадей, наконец-то, заговорил о главном:

— Вережинка, пора идти в наступление.

Каждый день усиливает эту дрянь и уменьшает наши шансы на победу. Я не смог достучаться до помощи. Так что надежда только на самих себя, — он замолчал и снова задумчиво стал наблюдать за птичками, выбивая пальцами дробь. Сапфир на его коленях тоже замер. И я почувствовала тревогу, которая, кажется, разлилась в воздухе вокруг нас.

— Детка, артефакты я сделал. Завтра с утра вызываем Гаюна.