"Понь бледный"

— Ты убил мою подданную, — ледяным голосом сказала ему Принцесса Селестия, — Ты дорого заплатишь за это.

— Она была деспотом, садистом и угнетателем, — ответил он равнодушно, — Деспоты, садисты и угнетатели часто считают, что умение ценить красоту делает их особенными. Но это ошибка — так думать. Кроме того, я ведь пришел сюда не за ней…

Принцесса Селестия вскочила на ноги. Ее пастельная грива переливающихся цветов пошла волнами, наэлектризовавшись от выплеснувшейся в воздух злости. Невинная голубка, возлежавшая на троне, уступила место яростной тигрице, готовой раздавить, смять, выпотрошить, разорвать в клочья… Перед лицом этой чистой, какой-то животной, ярости, даже Сталин замешкался.

Но лишь на секунду.

— Твайлайт Спаркл!

Лавандовая единорожица вздрогнула. Она все еще смотрела на тело Рарити, распростертое среди обломков и крема.

— Убей его! Убей его, моя Лучшая Ученица! Время пришло!

— Да, Принцесса.

Лучшая Ученица, спрыгнув с возвышения, устремилась в бой.

Ее рог обрел алый ореол, в воздухе возник хорошо знакомый Сталину золотой клинок. Можно было подумать, что лезвие сработано из чистейшего солнечного света и заточено о прозрачную кромку облаков.

Повинуясь инстинкту, Сталин мысленно заставил вылезти из ножен палаш кого-то из мертвых стражей. Клинок, против ожиданий, оказался не так и плох, по крайней мере — не усыпанный драгоценностями экспонат музея, и то неплохо… Сталь встретилась в воздухе с тревожным, похожим на крик чайки, звоном.

Клинки встретились и отскочили друг от друга. Снова встретились. Завертелись.

Кажется, ты уже видел это кино, Коба… И в прошлый раз оно закончилось довольно паршивой сценой.

Твайлайт непрерывно атаковала, но ее напор не шел ни в какое сравнени с тем, что он видел на накренившейся палубе обреченного «Пони темного». Твайлайт Спаркл наступала, решительно, аккуратно, стремительно, но в ее движениях не было той уверенности, которая когда-то лишила его копыта. Золотой клинок танцевал в воздухе, атаковал, делал ложные движения, но всякий выпад оказывался недостаточно быстр.

На мгновенье, или на пол-мгновенье, но Сталин опережал его, оказываясь на сантиметр дальше, чем предполагала Лучшая Ученица.

Смерть Рарити оглушила Твайлайт Спаркл, и Сталин понял это, потому что в бою душа всегда обнажается. Тот, кто взял в руки оружие, чтоб забрать чужую жизнь, и сам готов поставить на кон равнозначную ставку, не может лгать.

Убийцы всегда трусливы. Солдаты всегда честны.