Эльфийская кукла

- Ты знаешь, что это за кукла?

- Догадываюсь. – Она покачала головой и вышла из номера.

- О чем вы болтали? – спросил озадаченный Хатч. – Что-то такое, чего я не должен знать?

- Нет, Валерчик, я всего лишь напомнил Шагирре, что я ее должник.

- Леха, - Хатч посмотрел мне в глаза, - что ты опять затеваешь?

- Ничего я не затеваю, - подумав немного, я сунул Меаль обратно в спорран. – Ладно, пойду я. Послезавтра увидимся.

- Смотри, обещал! Я проставляюсь за удачные концерты.

- Договорились, - я пожал Хатчу руку и вышел в коридор.

Почему-то после разговора с Шагиррой мной овладела какая-то смутная тревога. Что вообще происходит?

Шагирра велит держать куклу при себе. Неужели мои друзья эльфы так в меня верят?Неужели не понимают, что в случае моей гибели кукла попадет либо к Мастеру, либо к Рискату – и все, хана эльфийским пророчествам о Королевстве Восходящей Звезды?

Нет, я не могу так рисковать. Я не возьму с собой куклу. Что бы там ни говорила мне Шагирра.

Надо подумать, как мне получше спрятать Меаль.

И тогда я могу идти на встречу с агентами Риската с чистой душой.

*************

В гостиницу я вернулся уже после заката. Вошел в холл с мыслями о Шамуа, горячем обеде, ванной и отдыхе. И замер на пороге.

Мой добрейший хозяин, тот самый, который выскакивал из-за своей стойки при каждом моем появлении, сидел у стены, привалившись головой к шкафчику для посуды. Я подбежал к нему, заглянул в лицо. Хозяин был жив, но крепко спал.

- Э-эй! – я тряхнул парня за плечо, но он даже не шелохнулся. – Набухался, что ли? Да нет, не пахнет ничем… Эй, проснись!

Ноль реакции. Хозяин спал мертвым сном. Так и хочется сказать – летаргическим. И тут я сообразил, что это чары. Только волшебством можно погрузить человека в такой вот неестественный сон. А если это чары, значит…

Семимильнымипрыжками я взлетел по лестнице наверх, пронесся по коридору к двери своего номера, распахнул дверь и…

Все перевернуто вверх дном.

Белье, одежда, посуда разбросаны по полу. Подушки распороты, ящики выдвинуты, мебель отодвинута от стен. Но все это я заметил после. А в первые мгновения я смотрел только на Шамуа. Смотрел и не мог поверить в то, что меня постигло такое чудовищное горе.

Моя красавица, моя милая дурочка, мой подарок судьбы, моя мастерица на все руки, мое чудо, моя золотоволосая серна, мое сокровище, моя блондинка из анекдотов лежала, раскинув руки на кровати.