Эльфийская кукла

А то и включить Империю или Альбарабию в состав своей новой державы. Понимаете, о чем я?

- Император Артур или Шамхур Великий, живой бог Истинного пути?

- Вот именно, хэй-дидл-дидл! Один черт, по правде сказать – в любом случае эльфы окончательно лишатся шанса возродиться, как единый народ. Пророчества не сбудутся, и все жертвы окажутся напрасными. Салданах все верно вам сказал, юноша – если начнется война между Империей и северными королевствами, эльфы станут первыми жертвами этой войны.

Мы просто погибнем. Нам останется либо уходить еще дальше на север и влачить жалкое существование на заледенелых пустошах за Эредунном, либо окончательно отказаться от своего прошлого и стать подданными всех этих Эльдаредов, Рискатов, Джаутов, Альбано, Артуров. Служить им, отдать им свои древние секреты, воевать во имя их интересов и всегда быть существами второго сорта, на которых потомки тех, кто когда-то уничтожил города Шестицарствия, будут смотреть с презрением и ненавистью.

- А я? Какова моя роль?

- Вы единственный, кого все кланы безоговорочно могут признать королем, если пророчества сбудутся. Вы Нанхайду, тот, о ком говорится в пророчествах.

- Но я же не эльф!

- Заламан тоже не был эльфом. Но они с Нуир-Эгатэ любили друг друга. Тогда мы упустили свой шанс возродить свое могущество. Сейчас такая возможность появилась. Третьего шанса у нас не будет. Империя поглотит все, и мы окажемся под властью чернокнижников из Магисториума.

Либо станем частью Великой Альбарабии и опять же под властью чернокнижника Риската.

- Невеселая перспектива.

- Вот почему Салданах попытался спрятать куклу. Судьба Меаль сегодня в ваших руках. Пока об этом никто не знает, и хвала Универсуму, что не знает.

- Тем не менее те, кто убил Шамуа, искали именно ее.

- Значит, угроза больше, чем мне казалось… Нужно подготовить вас к серьезному сражению. Знаете что, - эльф вылил в себя остатки пива из кружки, довольно охнул и посмотрел на меня веселым осоловевшим взглядом, - я попробую вам помочь.

Вам и милой Марике. Но сначала сделайте вид, что вы на меня разгневаны.

- Это еще зачем?

- Каналья Барнабо смотрит на нас. Наорите на меня. Я обижусь, выйду, и буду ждать вас у себя дома. Адрес помните?

- Конечно.

- Вот и славненько, хэй-дидл-дидл. Ну, давайте!

- Успокаивать меня? – заорал я и так шваркнул кружкой об стол, что весь зал обернулся на меня.