Большие проблемы маленького кота

Черныш после ухода нового приказчика не стал спрыгивать на пол и уходить. Лишний раз попадаться на глаза людям ему не хотелось, да и место под потолком оказалось удачным. Здесь так удобно лежать, свернувшись в уютной ложбинке, мурр… Думается хорошо. Например, кем на самом деле является господин Накар и что он в действительности забыл в этом доме.

Подозрения у кота возникли с первого взгляда на пришедшего в усадьбу мужчину. Тонкое тело Накара, в просторечии называемое аурой, плотным коконом оплетали десятки широких полос, образовывая невероятный, причудливый узор.

Так могло бы выглядеть заклинание, но Черныш не предполагал встретить нечто настолько сложное. На местном маге, мэтре Юргане, висело много всякого – однако созданные уважаемым мэтром плетения и по наполненности силой, и в части искусства исполнения уступали приказчиковым на порядок, если не на два. Поневоле в голову закрадывались нехорошие мысли…

Неужели подпольные колдуны, промышлявшие контрабандой, после ареста местной «ячейки» не отступились и прислали своего представителя? Какой в этом смысл? Канал поставки товара прерван, в ближайшее время восстановить его не удастся, мстить некому, да и не за что.

Не идиоты же главари, понимают простые истины. Кроме того, в городе как минимум два человека – уже упомянутый маг и настоятель храма Пятерых – сразу заметят украшение на ауре Накара и обратят на него свое внимание. Совершенно излишнее в делах шпионских. И, между прочим, они наверняка разберутся, зачем узор нужен и что он делает, ибо в отличие от неграмотного Черныша в делах чародейских подкованы.

От явной несправедливости захотелось поточить об кого-нибудь когти. К сожалению, единственной подходящей кандидатурой в комнате являлся Бирон, портить с которым отношения… неразумно. Поэтому кот дождался, пока купец закончит свои дела, и только потом выскочил в чуть приоткрытое окно. В городе есть места, прямо-таки концентрирующие стекающиеся отовсюду, от ближайших сел до иных стран, новости, слухи и сплетни, и Черныш намеревался посетить все.

- Неужто ты, Лигул, так-таки ничего не заметил? – острая старушечья мордочка выражала сомнение пополам с разочарованием. – Ведь прямо ж перед тобой удалец лесной стоял и в лицо лаялся?

- Да не помню я ничего, – с тоской вздохнул пострадавший в стычке с редкими в сию пору разбойниками охранник. Отхлебнул дешевого пива, безбожно разбавленного водой, и в очередной раз принялся объяснять.