Большие проблемы маленького кота

Судя по всему, местные хозяева не имели ничего против Черныша, то ли признав за своего – он ведь тоже, в своем роде, покойник, – то ли просто обрадовавшись первому за столетия «прихожанину». Весело фыркнув, кот отступил на шажок, примерился, сжался в напружиненный комок и черной тенью метнулся наверх.

На алтаре лежал человек. В смысле, труп человека. Лежал, надо полагать, очень давно, однако выглядел так, словно умер только вчера. Его тело не носило следов мумификации, кожа оставалась гладкой, на пухлых алых губах, плохо различимых из-за черной бороды, застыла насмешливая улыбка.

Одежда не рассыпалась в прах, оставаясь по-прежнему мягкой и белоснежно-белой. Остроконечная шапка на голове по крою походила на жреческие, поэтому Черныш решил, что перед ним последний и, возможно, самый высокопоставленный служитель храма. В подтверждение теории свидетельствовал надетый на палец правой руки крупный серебряный перстень со здоровенным молочно-белым камнем. Других украшений мертвец не носил.

Руки его, кстати сказать, крепко удерживали рукоять кинжала, вбитого ровно посредине груди. Причем коту показалось, что убил себя жрец сам, добровольно и без посторонней помощи – больно уж торжествующее выражение застыло на лице.

Черныш прошелся вдоль тела, осмотрел ноги в сандалиях, зачем-то понюхал шею покойника. Человеческим жестом удивленно покачал головой. Затем, сам не зная для чего, протянул лапу, по-прежнему избегая трогать тело, и прикоснулся к перстню.

Глаза мертвеца открылись.

Сантэл поездка понравилась. Впечатлений она получила море (от моря, увиденного впервые в жизни, она тоже пришла в восторг) и сутками напролет трещала, обсуждая запомнившиеся яркие моменты, с нянюшкой. Особенно потрясло ее празднование в честь богини – торжественное шествие жрецов, выступления уличных музыкантов, состязания артистов за право получить приз и в следующем году называться лучшими. Она ела диковинные блюда и познакомилась со сверстницами из далеких стран, любовалась на созданные настоящими магами прекрасные иллюзии.

Благодаря расторопности Люса она в первых рядах наблюдала за обрядами жрецов на Кровавом холме и даже подобрала несколько цветков, надеясь обрести благословение богини и удачу в делах любовных.

Девушку не смущали ни неожиданное, совершенно непредсказуемое решение клириков перенести празднование на более ранний срок, на два дня; ни странное поведение Черныша.