Рыжие тёмными не бывают

Обхожу машину, она сидит за ней на земле, рисуя что-то на земле ножнами от катаны.

— Чего скучаешь? — Поднимаю за руку.

Она до сих пор прихрамывает, потому просто подхватываю на руки. Рыжик прижимается губами к моей шее.

— Ты теперь всё время будешь меня на руках носить? — Мурлычет. — Мне нравится.

— Не привыкай. — Целую. — Должен же я вину загладить.

— Угу. — улыбается. — Заглаживай. — Так выходим ко всем, где Рыжик опускается на землю.

Снова её сверлят суровым взглядом.

— Повелительница тьмы из другого мира.

— Боло непроницаем. — Рубен, это и есть то самое удивительное?

— Да, старый друг. — Старик улыбается.

— И чему тут удивляться?

***

Боло.

— Тёмные не так редко появляются среди людей. Тому может быть тысяча причин.

— Назови их все и не будешь даже близок к истине. — Старый мудрый Рубен сияет, как мальчишка, получивший свой первый меч.

Да что в этой Тёмной, настолько слабой, что я не учуял её даже в десятке метров. Рубена и эту Хозяйку Ветров я почувствовал сразу. Вот она – да, маг чудовищной силы.

Никогда таких не видел. Сказать честно, красоты такой я тоже не видел. Розовая кожа, периодически вспыхивающая алыми отсветами на бледных скулах и округлых щёчках – это красиво. А глаза? Синие, небесной чистоты и кристальной яркости. Вторая тоже хороша. Сильный маг огня без всяких камней и красотка, от которой затрепещет любое самое чёрствое сердце. Серые глаза увлекают твой разум в пучину грёз и желаний. Эта малышка с огненными волосами, как маг, и близко не стоит даже к этой сероглазой, не говоря про Повелительницу бурь. Она всего лишь слабый ребёнок, которого по ошибке выбрал проклятый камень. Откуда может быть в юной девице столько зла, чтобы Сердце тьмы посчитало её достойной. Только…

— И что же, ты думаешь, привело сюда эту тёмную? — спрашиваю, когда мы отходим.

— Кто из нас самый лучший менталист Ниала? Ты скажи. — Рубен смеётся надо мной – нечего там видеть.

Она едва отличается от любой крестьянки, покрасивее только.

— Я вижу лишь разум и душу маленькой девочки, льнущей к сильному мужчине.

Нежные чувства к спутницам, как будто они близнецы из одного лона.

— И всё? — Старый прохиндей настолько явно потешается над самим Боло – я начинаю сомневаться в его рассудке.

— Всё! — Рявкаю.

Ещё никогда меня не раздражал мой старый друг, чья магия служила на протяжении всей жизни лишь одному – нести покой и блюсти мир.

— Ты ничего не упустил? — Стою, как пораженный молнией. — Камень? — Кивает.