Генри Смарт, пицца и магические сокровища

Он улыбается, и я решаю не говорить ему, что знания мои почерпнуты в основном из последнего посещения кафе-мороженого и из любви моих родителей к немецким операм. Не знаю, что настоящий Вотан подумает о «Вотане с печеньем». Если, конечно, допустить, что передо мной сидит настоящий. Ещё полчаса назад я абсолютно не сомневался, что никакого Вотана на самом деле не существует.

Словно прочитав мои мысли, Вотан спрашивает:

– Ты ведь не веришь мне, правда? Тебе нужно доказательство.

Я киваю.

– Ну да, всё это звучит совершенно невероятно.

Не могли бы вы сделать что-то такое, что могут только боги? Ну, может, чтобы здесь, в комнате, пошёл дождь, или руки мне развязать, не прикасаясь?

Вотан фыркает:

– Это всё дешёвые фокусы! С ними, пожалуй, в цирке можно выступать, а миром такими штуками не поуправляешь.

– Может, тогда только руки развязать? Пожалуйста! А то они уже здорово болят.

Вотан, или человек, выдающий себя за него, коротко кивает в мою сторону. И правда! Волшебным образом путы развязываются.

Я уже слегка впечатлён. Ну, хорошо, возможно, я просто довольно долго их дёргал и они расслабились сами по себе. Вытянув руки и не выпуская Седовласого из виду, растираю ноющие запястья. Он, поглаживая ухоженную бороду, тоже наблюдает за мной.

Наконец вмешивается Хильда:

– Отец, ну правда, не выпендривайся и покажи ему. Иначе он тебе не поверит.

Я соскакиваю со стула:

– Этот тип твой отец?!

– Да, – кивает Хильда. – Вотан мой отец. Я Брунхильда, по легенде, его любимая дочь.

Но подписываться под этим я бы не стала.

У меня начинает шуметь в ушах. Наверное, мне всё мерещится!

– Но… Если ты и правда Брунхильда, то… – Мысли с грохотом проносятся у меня в голове, а я стараюсь как можно быстрее раскладывать их по полочкам, – тогда ты… ты… валькирия?

– И снова верный ответ. Я начинаю лучше о тебе думать, Генри, – сухо отвечает Хильда.

Я качаю головой:

– Не, люди, меня на это не купишь. Что бы здесь сейчас ни происходило, это наверняка не имеет никакого отношения к богам, валькириям и прочей дребедени.

Я предлагаю просто отпустить меня домой, и мы всё забудем. Обещаю, что не заявлю на вас в полицию. А за это вы в будущем оставите меня в покое. Мы просто мирно разойдёмся, идёт?

Хильда и Седовласый переглядываются.

– Говорю же, отец, ты должен ему показать. Он пригодится нам, правда! И не важно, что он сейчас говорит, – покоя он нам не даст. Для этого он слишком любопытен.