Веллор

От немедленной расправы, верблюда спас Фарид, завизжавший так, словно ему на яйца наступили… Ах да. В общем, он очень громко и пронзительно взвизгнул:

- Проклятье! Нет времени на месть, лекарь! Ты не можешь явиться к визирю в таком виде! У нас мало времени! За мной! – и он, подобрав длинные полы своей хламиды, или как она у них называется, побежал вверх по ступеням к центральной башне дворца.

- Я тебя запомнил. - показав средний палец верблюду и кивнув на прощанье Асаду, я последовал за Фаридом.

Воины визиря, до того изображавшие статуи, сомкнулись коробочкой и двинулись сзади, позвякивая металлом.

От арки, которой уже по счету в игре, мы шли по ступеням вверх к центральной башне. Там мы попрощались с почетным конвоем и дальше двигались уже вдвоем.

Фарид, приказав страже остаться снаружи, повел меня заковыристыми коридорами куда-то вглубь дворца. Перед глазами мелькали коридоры, украшенные яркой росписью, коврами, статуями и каким-то невероятным количеством узоров, от которых у меня рябило в глазах.

То и дело, нам на пути попадались какие-то неписи, благоразумно уступающие дорогу, прижимаясь к стенам несмотря на то, что коридор был метров пять в ширину.

Я перестал запоминать дорогу уже после шестого поворота и просто следовал за своим провожатым, стараясь не потерять его из виду. Наш забег завершился в огромной комнате, заваленной всевозможными материями и готовой одеждой. Буквально каждый квадратный сантиметр пространства был занят портняжными принадлежностями.

- Зухра! – завопил Фарид, как только пересек порог.

На его зов груда вещей зашевелилась, и словно проснувшийся по весне медведь, из нее восстала женщина выдающихся пропорций. Больше двух метров роста, и чуть уже в плечах, она носила полупрозрачную невесомую ткань, делавшую ее кожу зеленоватой. Хотя стоп. Да нихрена подобного. Это не ткань была зеленой, а сама кожа имела такой цвет. Зухра – орчанка, ну или полукровка, если учесть отсутствие клыков и более человеческие черты лица.

- Что тебе угодно, господин Фарид? – пророкотала она, расправляя могучие плечи.

- Зухра, свет моих очей. – льстиво улыбнулся евнух. – Это врачеватель смерти и через половину часа он должен быть у визиря.

Женщина смерила меня оценивающим взглядом и буркнув что-то под нос, украшенный золотым кольцом, зарылась в ту груду тряпья из который вылезла. Покопавшись там с полминуты, выудила какой-то комок скрученной материи и отошла к ширме, разделяющей комнату.

- Ждите.