Боевая кошка, или Продолжение династии

Как эльфы отнесутся к нашему поступку. Это может вылиться в кровопролитную войну.

— Не выльется, — пообещал Гильройт.

— Жизнью клянёшься? — хмыкнул брат. — Я тебе не верю. Пока всё больше похоже на отчаянную попытку обвести нас вокруг пальца, чтобы избежать смерти.

— Смерть меня не пугает, — сухо напомнил посол.

Не то в ответ на первую часть фразы, не то на вторую.

— А какая вам от всего этого выгода? Кроме власти. Зачем вы нам помогаете? — не удержавшись, я задала ключевой вопрос дня.

Спросила, так сказать, «в лоб».

— Хочу вернуть эльфам былое величие. Истинное. То, которого они лишились, взяв опеку над людьми и другими расами.

Шок. Пожалуй, это слово лучше всего описывало наше состояние в тот миг. И Гильройт, видя столь единогласную и далеко не положительную реакцию, решил разъяснить свою точку зрения.

— Наши предки думали, что наставляют вас на праведный путь, — сказал он. — А на деле лишь ограничивали ваше развитие и перенимали всё плохое — но гордость не позволяла им признать поражение и отступить.

Вы сопротивлялись, они давили. И с каждым годом сил на это нелепое противостояние уходило всё больше. На себя у них практически не оставалось времени, уровень культуры стремительно падал — и вскоре борьба за власть стала занимать все их мысли. Всегда, везде и во всём. В ход шли любые методы, включая убийства, подлость и насилие, которые издревле были чужды эльфам... Пора это прекратить.

— Сомневаюсь, что сидя взаперти вы снова станете возвышенными и духовными, — с насмешкой произнёс Вирейс, не упустив из виду явный намёк на человеческую приземлённость.

— Куда вероятнее, что борьба перекинется во внутренние сферы.

— Но нам, по крайней мере, больше никто не будет мешать. И тянуть на дно. Начнут развиваться науки и искусство...

— А как же полукровки вроде тебя? — недослушав, быстро вставил брат.

— Эльфийская кровь во мне сильнее. Иначе я бы играл на вашей стороне. Как и прочие.

— Всё равно, — Вирейс упрямо мотнул головой. — Ты не можешь с уверенностью говорить за всех.

А мы не можем так рисковать...

Его мнение было очевидно. И почему-то совсем не радовало. Хотя убивать он умел как мучительно, так и безболезненно... Умел — но не любил. Как и большинство некромантов.

Они же за живых борятся. Не за мёртвых.

— Нужно связаться с Розилией, — неожиданно вмешался Вальд. Будто почувствовав сомнения друга. — Посоветоваться. Мы не имеем права принимать подобные решения единолично.

— Согласна, — торопливо влезла я.