Генри Смарт и секрет золотого кубка

Появись на борту кто-нибудь, кто вообще не в курсе этой истории, «Ксертон» будет выглядеть совершенно обычной яхтой. Да и при взлёте и посадке так намного безопаснее.

– А Зигфрид? – любопытствую я. – Геройствует снаружи, сёрфингуя на крыльях?

Хильда качает головой:

– Не-е-ет, Зигфрид у нас второй пилот. Он сидит в кабине рядом с Локи. Когда наберём высоту, он поведёт самолёт, чтобы Локи мог проинструктировать нас перед выходом на задание.

Вот ужас! Моя жизнь находится в руках придурка Зигфрида! Величайший хвастун всех времён сидит за штурвалом самолёта, который только что был яхтой и должен доставить меня на другой конец света.

Спасите! Я хочу выйти!

Слишком поздно! В это мгновение поднимается невероятный шум, «Ксертон» устремляется вперёд, и меня вжимает в сиденье. Потом он так круто взмывает вверх, что у меня жутко гудит в ушах, сердце рвётся наружу и в желудке всё переворачивается. Надеюсь, меня не стошнит прямо под ноги госпоже Урдман – было бы очень стыдно!

Несколько долгих минут спустя «Ксертон» наконец принимает более или менее горизонтальное положение в воздухе, и мой желудок успокаивается.

В ушах по-прежнему шумит, но сердце уже не выскакивает из груди. Я опасливо кошусь в иллюминатор – мы действительно летим! Прижавшись лицом к стеклу, чтобы лучше видеть, я обнаруживаю под собой всё уменьшающуюся бухту Сан-Франциско.

Над головой раздаётся треск, а затем в динамиках звучит голос Локи:

– Добрый день, дамы и господа, говорит командир экипажа.

Мы только что набрали необходимую высоту и находимся на пути в Париж, во Францию.

Я усмехаюсь – Локи и правда похож на настоящего командира экипажа, который приветствует своих пассажиров. Так и кажется, что в любую секунду вынырнет стюардесса с тележкой напитков и спросит, не налить ли мне колы.

– Сейчас я передам управление старшему помощнику Зигфриду. Если у вас есть ещё какие-либо вопросы по полёту, можете задать их мне.

Ладно, один, пожалуй, есть: это необходимо – ну, передавать управление старшему помощнику Зигфриду? Но, кроме меня, никто, похоже, не дёргается: Вотан преспокойно читает газету, Урд, порывшись в сумке, вытаскивает своё вязание, а Хильда, скучая, теребит прядку волос.

Наконец из кабины выходит Локи с большой коробкой под мышкой. Усевшись на свободное сиденье по диагонали от меня, он топает ногой – и тут же, опять поднявшись из пола, перед нами раскладывается стол для переговоров.