Генри Смарт и секрет золотого кубка

Хильда буквально задыхается от возмущения:

– Генри Смарт! Агентом становятся раз и навсегда! И выбирать тут не приходится! Если верховный бог призывает – являешься как миленький! И немедленно! Так что скажи учителям, что у тебя болит голова, – и вперёд!

Ну-ну. Хильда начинает действовать мне на нервы.

– Не-е-е, так не пойдёт. Моя страна – мои правила. А правило гласит: ходи в школу. И Генри говорит: он будет ходить в школу.

Слушая себя, я почти ухмыляюсь. Потому что сейчас я однозначно говорю как папа, который очень серьёзно относится к школе и всему, что с ней связано.

Хильда вздыхает. И продолжает масленым голосом:

– Ладно, Генри. Раз так: пойдём со мной, ПОЖАЛУЙСТА! И ПОЖАЛУЙСТА: давай вместе не позволим погубить этот мир! Не будешь ли ты так любезен?

Это, пожалуй, уже слишком.

– Ну, думаю, не всё так ужасно, – смягчаю я её слова. – Вы справитесь и сами.

Хильда смотрит на меня в упор:

– Генри Смарт! Всё ужасно! Мы получили явные доказательства, что Альберих вот-вот захапает золото нибелунгов.

Если ему это удастся – мы проиграли. Все мы! Неужели ты это допустишь?!

Теперь моя очередь вздыхать. Разумеется, я не хочу быть виноватым в конце света. А он действительно может наступить, если Альберих выкует из золота кольцо, с помощью которого сможет захватить власть над миром. Я смотрю на часы, висящие напротив входа в школу. Одиннадцать. Сейчас начнётся урок биологии.

Ладно, видимо, сегодня миссис ван Дайк и анатомия морских млекопитающих как-нибудь обойдутся без меня.

Глава 2. Старые знакомые. И новые очень старые знакомые

Сан-Франциско, несомненно, самый прекрасный город в мире. А самый прекрасный уголок в мире – это Рыбацкий причал. На мой взгляд. Многие видят в деревянных домиках на сваях и лодочных пирсах просто приманку для туристов, но я ужасно люблю морской воздух и вид на бухту. Когда я был маленьким, мы с родителями часто приезжали сюда.

Я всегда катался на карусели и рассматривал рыб в Аквариуме. И морских львов на пирсе, лениво дремлющих на солнце.

Мы с Хильдой направляемся к небольшой яхтенной гавани, которая прямо рядом с Рыбацким причалом, и на душе у меня немного тоскливо. Я вспоминаю последние вылазки сюда с мамой. Видимо, ей нездоровилось, потому что она уже серьёзно болела, и всё-таки она всегда была радостной и весёлой.