Шолох. Теневые блики

Акустика – высший класс, шёпоты и шорохи так и летали по всему зданию.

Я почувствовала себя крохотной и незначительной, но это ощущение до странности успокаивало.

Полынь указал мне на стойку информации, а сам скрылся в неизвестном направлении.

– Дела, – пояснил он и заскользил, дребезжа браслетами и колокольчиками, прочь.

Я двинулась в сторону высокомерного администратора – или же Госпожи Встречающей, как было указано на табличке. Ей, кажется, вовсе не понравился тот факт, что меня в ведомство привёл Внемлющий, но она всё же натянула дежурную улыбку.

Вполне даже милую. Молодец! Нет, правда, люди, умеющие поставить вежливость выше личных сомнений, – вы невероятно хороши. От имени всех человеческих несуразностей говорю вам большое спасибо.

– Третий этаж, восточная лестница, – сообщила дама. Вокруг неё, чирикая, по кругу летали разноцветные письма‑ташени, требующие внимания. Госпожа Встречающая наугад схватила одну и технично её вскрыла.

* * *

Найдя нужный кабинет, я вздохнула, мысленно пожелала себе удачи и постучалась.

– Войдите! – Голос по ту сторону дверей был низким, раскатистым и рычащим, как у медведя. «О‑оу», – подумала я и с опаской зашла.

В центре комнаты стоял, уперев руки в бока, высокий полный человек в оранжевом облачении. Цвет его костюма по‑своему гармонировал с соломенной бородой и такими же жёлтыми волосами. Мужчина хмурился, но его лицо всё же казалось добрым.

– Здравствуйте, мастер Улиус, – храбро вступила я. – Меня зовут Тинави из Дома Страждущих.

Простите за опоздание.

– Ах вот ты где, явилась – не запылилась! – пробасил Улиус, затейливо двигая кустистыми бровями. – Ну, на мою лекцию ты вовремя, никаких претензий. Не всяк умирает, кто хворает. Присаживайся. – Он приглашающим жестом указал мне на амфитеатр, занимающий половину кабинета.

Там с десяток человек уже сидели в глубоких кожаных креслах, заменяющих скамьи. Я осторожно опустилась в одно из них. При желании в кресле уместилось бы ещё штуки три моих несуществующих сестёр‑близняшек.

Вот уж правду говорят: все начальники делают кабинеты под себя.

Если честно, я до последнего думала, что, увидев меня, Улиус расхохочется во всё своё богатырское горло и заявит: «Ну ты и дурочка, повелась! А ну быстро в тюрьму за издевательства над малолетними!» Но нет.

Тогда продолжаем действовать по плану Кадии: молчим, слушаем, ждём.

В дальнем углу кабинета за столом ссутулилась женщина, не замеченная мной вначале.