Темный целитель

Похоже, эксперименты Владыки Саурона увенчались успехом.

Вот Валар! А ей с этой тушей разбираться теперь…

Девушка, закатив рукава, пошла на уродливое создание. То поначалу, завидев человека в зоне досягаемости, обрадовалось. Потом, правда, прислушалось к ощущениям, и остановилось, недоуменно принюхиваясь.

От хрупкой фигурки в запыленном темно-зеленом платье пахло мощью, болью и страхом. Точнее, болью и страхом для этого конкретного недо-тролля, потому что Старшая явно недовольна его поведением и церемониться не будет.

Спасительная мысль “Тикать надо!” немного запоздала. И, к сожалению, оказалась для него последней – стоило уродцу развернуться на сто восемьдесят градусов, Таелина выпустила из ладоней пламя. Изумрудный огонь, сжигая все на своем пути, устремился к троллю… А через несколько мгновений, на его месте осталась лишь кучка пепла.

Ведьма жестко усмехнулась.

За семь с лишним лет Озерный город стал ее территорией, а его жители – попали под ее защиту. Признавала она это или нет, но собственнические инстинкты ей достались от папочки.

Тот свое никогда не отпускал, еще и чужое прихватывал до кучи. А дедушка так вообще за это “свое” любого порвать готов был, не взирая на чины и достижения.

Если орки хотят добраться до эсгаротцев, им придется пройти через нее.

И горе тем, кто попытается это сделать…

Небо над городом посмурнело. Заметно увеличившиеся в размерах тени устремились к фигуре полуэльфийки. В глазах той горел изумрудный огонь – такой же, какой окружал ладони во время атаки.

Кудрявые ранее волосы распрямились и напоминали о былом состоянии задорных пружинок слабыми волнами. А кожа – и так не красовавшаяся румянцем – стала почти белоснежной. С головы упала, окончательно растрепавшись, косынка, обнажив заостренные уши.

Что ж, она пыталась действовать мирно. Уговоры не послушали, над угрозами только посмеялись. Настало время показать, за что ее опасались задевать все орки Барад-Дура…

Зеленое пламя вновь вспыхнуло в ладонях, не опаляя, но и не согревая их.

Оно несло смерть всем живым существам (и не только), кроме своей обладательницы.

Девушка, врубив режим “не лезь, а то пришибу” направилась дальше по улице. Туда, где слышались истошные вопли горожан и детский плач. Туда, где ее вида скорее испугаются и убегут, чем порадуются чудесному спасению.

Она проходила это множество раз – в Мордоре.

Но сейчас это не важно. Пусть бегут. Пусть хоть во всех смертных грехах обвиняют.