Как же трудно быть богом.

Выглядел он не очень, с точки зрения эстетики конечно. Обвислые куски гнилого мяса, из глаз сочилась жёлтая жижа, на ногах кожа слезла, оголяя кости. Ноги неравномерно заканчивались обрубками и на этих самых обрубках, бык очень даже бодро скакал.

Я облизнулся, эта котлета переросток была ветеранского уровня, судя по силе середина, может быть даже верх ранга. Какой букве она принадлежала из классификации Хранителей?! Хм хороший вопрос, думаю Е ранг, или начало С. Пока я оценивал тварь она похожа оценила на нас.

Щёлкая удивительными для такого травоядного существа острыми зубами, она стремительно бросилось в атаку.

- Ну давай поиграем скотинка. — фыркнул я.

- Отвлеки его, но не дерись! — скомандовал я Филиппу.

Надеюсь команду он понял.

Чем хороша свежая нежить? Тем что она крайне тупа. Весь этот родовой взрыв энергии делает её очень энергичной и резкой, однако ума точно не добавляет. Мозги обычно появляются со временем, всё как у людей.

Филипп рявкнул по собачьи и бросился к неживому быку.

Тот радостно зашипел и полетел к моему псу. Филипп все-таки внял мой приказ, и драться с массивной нежитью не стал. На полпути пёс изменил траекторию и побежал по залу, петляя меж разбросанных столов. Нежить, недолго думая принялась догонять его, не особо обращая внимание на препятствия. Пространство наполнилось какофонией звуков — треск деревянных досок, лай пса и шипение рассерженной нежити смешалось воедино.

Я покачал головой. В каких же условиях приходится работать! И принялся за дело.

Всё заняло у меня около двух минут. Я начертил несколько рун по периметру зала. И закончил как раз вовремя, ведь больше не осталось целых столов, все они были использованы и некоторые уже не по одному разу, для задержки нежити.

Из груди быка торчали длинные щепки, а одна из ножек умудрилась до половины войти в его гнилую плоть. Однако это мало беспокоило чудовище.. Нежить она ведь такая, малочувствительная. Этим она мне и нравилась. Можно ей говорить всё что угодно, и она даже не поморщится.

Я взял булаву и пошёл помогать Филиппу. Пёс, судя по всему, уже едва сдерживался от того, чтобы развернуться, и как следует навалять ожившим костям. Причину его особой злости я понял, когда взглянул на морду быка, в кривых зубах которого застрял пушистый кончик хвоста.

- Хорошая работа малыш — похвалил Филипа я — Теперь моя очередь!

Я хлопнул булавой по кривой башке быка и отскочил в сторону. Тварь завизжала и переключилась на меня.