Девица краса у Шамаханского царя

– Часок в радость, вино в сладость, – беззаботно откликнулся Сирин и оскалился, затем потащил упирающуюся девицу к разбойникам, а когда они подошли почти впритык, долговязый перевертыш и вовсе толкнул ее в руки лохматого разбойника.

Тот не упустил момент и быстро пощупал за все прелести. Настасья возмутилась, но из-за кляпа ни слова молвить не смогла.

– Хороша девка, кровь с молоком, – с этими словами разбойник шлепнул ее по заду, затем приобнял и направился в лагерь, даже не взглянув на Сирина.

Вот только вся эта бравада была показной и перевертыш об этом догадывался и спокойно ждал.

И таки да здоровила пару шагов остановился и скосил взгляд на гостя.

– Погоняло у тебя есть?

– Сёмыч, – без запинки выдал перевертыш.

– Ну, что ж, Сёмыч, пойдем с атаманом знакомиться!

Остальные разбойники обступили незваного гостя полукругом, таким образом высказывая недоверие.

Но Сирин ждал чего-то подобного и даже не почесался, молча поковылял за проводником, только взгляд его рыскал по сторонам примечая и запоминая даже малейшие детали.

А вот кому можно было только посочувствовать, так это Настасье, ведь ее медленно и верно накрывала паника. Сопровождающий вонял, как бездомный пес, а его похотливый взгляд навевал всего одно желание – помыться. Казалось еще немного и разум просто отключиться, но нет она шла и чувствовала на себе десятки взглядом, очень противных взглядов.

Вот не зря Алёнушка повторяла, чтобы в одиночестве в чашу не совалась, а теперь поздно – овощем тут не прикинешься.

Настасью уводили все глубже в лес, временами то тут, то там виднелись человеческие следы, а вскоре показались – времянки.

Кособокие хижины выросшие из земли, мусора и палок, между домами были основательно протоптаны дорожки. Часть поляны и вовсе отгородили, на ней располагалась печь, при том она была так хитро устроена, что дым рассеивался по округе, а не поднимался в небо, выдавая местоположение разбойничьего лагеря. Чуть дальше гордо из сугроба торчал шатер, наверняка краденый. Вот к нему Настасью повели, а когда навстречу вышел еще один небритый и не мытый мужик, девушка застонала в голос и сморщила носик.

Атаман оказался ниже девушки на целых пол головы. Весь чернявый и будто бы помятый и пошарпанный, из достоинств только нос, да и то потому как выпирает безбожно вперед и все внимание на себя перетягивает.

– Баба! – выдохнул атаман и облапал Настасью взглядом. – Откуда?

– Дык, вот этот вот привел. Говорит, что сам он из Вересовых, погоняло – Семыч.