Скелеты в шкафу

«Уладить формальности» — так называлась тягомотина, на несколько часов утянувшая лордов и военачальников в свои сети: они спорили, ругались, кричали, что-то друг другу доказывали, особые ярые защитники добра и справедливости уже начинали махать перед носом своих соседей вытащенным из ножен оружием.

Я же, подперев кулаком подбородок, разглядывал пейзаж за окном. Хотелось спать, есть и кого-нибудь побить: больно и, может быть, даже ногами. Василий с Альгой давно смылись под благовидным предлогом, мол, собираться надо; пообещали озаботиться и моими вещами.

И то хлеб. Рядом сидел Эриам, ему тоже было очень скучно. Ректор изредка бормотал под нос витиеватые ругательства об идиотах, которые по недоразумению Алив, Убийцы и всех остальных творцов родились в этом мире людьми, а не мухами, ибо с каким же удовольствием глубокоуважаемый темный эльф прибил бы их к хелиной матери.

— Оррен, я думаю, что если ты тихо проберешься к двери, никто не заметит твоего отсутствия. Боюсь, эта ерунда затянулась о-о-очень надолго.

Успеешь и дела завершить, и перекусить, и вообще выспаться.

— А ты? — Я перевел взгляд от стены дождя за окном и тоскливо посмотрел на плотно прикрытые двери. Да к ним же ползком придется добираться! Хотя рискнуть стоит. Если что — скажу, что в туалет нужно.

— Я давно собираю материалы для одной занятной книжицы, — Эриам кровожадно улыбнулся. — Так сказать, исследую рабочий материал в его естественных условиях.

— Ага, а называться будет эта книжечка: «Тысяча и один способ сделать из живой материи неживую.

Пособие для начинающих маньяков», угадал?

— Нет, Оррен, что ты! — притворно испугался ректор. — Какой ты кровожадный! Называться она будет: «Справочник по нецензурной лексике, распространенной на территории Зелёной империи». Вот… придумываю новые идиоматические выражения.

— Обязательно подаришь мне один экземпляр с подписью! — развеселился я, и, пожелав Эриаму удачи и терпения, начал пробираться к желанному выходу.

Леран на секунду отвернулся от оппонента — спорил в данный момент маршал не с кем-нибудь, а с главой ордена.

Мужчина медленно моргнул, словно пытался припомнить, где же он мог видеть эту бородатую физиономию, но тут Ливий договорил фразу, и Леран снова переключился на спор, так яростно жестикулируя, что лишь чудом не задевал главу по носу.

Выбравшись из зала совещания, я почувствовал себя по-настоящему счастливым. Прислонился к дверям, надеясь, что меня сразу же не хватятся, перевел дыхание.