Скелеты в шкафу

Юльтиниэль подумала, что, даже не зная о засаде и не спеша на помощь к «прекрасной эльфийке», охотники все равно бы сделали всю шайку на раз-два.

С подставой не захотел мириться только главарь, решив отыграться на Юле. Наивный… Схватив девушку, он прижал к ее горлу нож. Уже расправившаяся с бандой и наблюдающая, как последние «трупы» живо покидают полянку, потирая ушибленные части тела, троица охотников недоуменно посмотрела на разбойника. Эльф тут же сменил в руках огненный шар на парализующее заклинание, но атаковать не решался.

Темноволосая девушка замерла, не успев вытянуть из-за голенища метальный нож. Вот только бедный разбойник не учел того, что Юле уже надоело притворяться жертвой, и реакция ее превосходила человеческую на порядок, если не больше.

Девушка резко наступила ему на ногу, и стоило Шалу чуть дернуться, она, поднырнув под руку, сжимающую нож, ловко свалила мужчину на землю, не забыв забрать грязное оружие несостоявшегося убийства и сломать разбойнику кисть, чтобы в следующий раз неповадно было полуэльфиек в качестве заложниц использовать.

— Да… — протянул за спиной насмешливый голос. — Кажется, разбойник не соврал, и помогать надо было все-таки им.

Юльтиниэль вздрогнула. Все произошло настолько быстро, что она даже не успела рассмотреть своих спасителей, словно и забыла, кем они должны были оказаться. И сейчас, услышав знакомый голос, не поверила. Оррен Рит не мог говорить с такой едкой, насмешливой интонацией. Да, он любил пошутить над собеседниками и друзьями, но никак не зло и не таким тоном.

Такого просто не могло быть.

Поворачивалась Юля очень медленно. И первой увидела спешащую к ней Альгу. Не узнать в молодой девушке знакомую воровку было невозможно: не так уж она и изменилась за двадцать лет — и ладная фигура, и знакомая улыбка, и подвязанные в неопрятный хвост волосы, и свободная мужская одежда: все это оказалось знакомым, словно по частям мозаики собирая из деталей привычный образ воровки; разве что в ее глазах, вокруг которых еще не появилась тонкая сеточка первых морщин, жил совсем другой огонек — более яркий, горячий, настоящий.

— Ты как? — Альга взяла ее за руку, словно надеясь успокоить. — Хорошо с этим идиотом расправилась! — похвалила она, затем повернулась к главарю и приказала: — Проваливай отсюда.

Та воровка, которую знала Юля, никогда бы не стала так нарочито грубо разговаривать даже с разбойником. Словно Альга просто хотела покрасоваться… Вот только перед кем?

— Нормально.