Мне не нравится конец!

— Ага, — похвалил парень. — А теперь ножом делай надрез только в одну сторону. Тогда начинка не будет рассыпаться.

Я последовала его совету.

— О! Получилось! — это было действительно удивительно. Сколько не пыталась, а идеальных круглых форм не получалось. Но теперь второй, третий и даже десятый, получались идеально ровными. Но что делать с первым моим неудавшимся кимбапом? — Думаю, первый свой опыт, лучше не выкладывать в тарелку. На него смотришь, и сразу грустно становится.

— Хах, — засмеялся парень.

— Ничего. Мы парни не привередливые. Всё съедим. А если нет, то у нас на этот случай есть Джоли, верно?

Шин У ушёл заниматься своим приготовлением, оставив меня теперь с кимбапом одну. Настроение поднялось. Эх, и всё же Шин У потрясающий. Сколько на него не смотрю, а так и не замечаю недостатков. Ну, разве что, чрезмерную медлительность. Он давно влюблён в Ми Нам. Знает о ней всё, но молчит. Чего же ждёт? Что она раскроется? Этого не произойдёт, так как слишком многое зависит от данного секрета.

И в основном, это будущее её брата, что сейчас лечится в Америке.

Дальше кимбап нарезался вполне неплохо. Его я и стала выкладывать в общее блюдо, а то, что было раньше, решила отложить в отдельную тарелку и потом что-нибудь придумать. Может, по бокам основного блюда разложить? И менее заметно будет. Эх, нет… не выйдет.

Неожиданно кто-то со спины потянулся к той тарелке, где лежал мой первый изуродованный кимбап и взял один кусочек. Я была несколько удивлена.

Особенно тогда, когда поняла, что этот «кто-то» — Тхэ Гён. Облокотившись о край стола, парень со спокойным видом поедал мой первый кимбап.

— Что ты делаешь? — спросила я. — Не можешь дождаться, когда все соберутся?

— Я голоден, — хмыкнул парень, заглатывая очередной кусок. — Вот будешь бегать по сцене несколько часов подряд, тогда и указывай, кого мне дожидаться, а кого нет.

— Ну… ладно, — в принципе, возможно, он действительно голодный. Тем более солист.

Петь на сцене и при этом играть на гитаре. Должно быть, это сильно вымотало его. — В таком случае, ешь вот эти, — я указала на ровные и круглые кусочки кимбапа, что я уже выкладывала в основную тарелку.

— Не хочу, — отрезал Тхэ Гён. — Мне эти больше нравятся.

— Э? — что-то я не понимаю. — Ты же сам сказал, что они безнадёжны!

— Безнадёжна ты, Кэт! — повысил злобный тон в голосе парень, но потом, немного помедлив, добавил. — А кимбап вполне вкусный.