Мне не нравится конец!

Но самое главное, она догадалась о том, что я в курсе её отношений с Тхэ Гёном, так как следующим, на кого она посмотрела, был именно он. Возможно, она искала поддержки, но Тхэ Гён лишь злобно усмехнулся, глядя в лицо матери и сделал вид, что не понял намёка. Дядя тем временем покрывался седьмым потом. Вот кому реально было стыдно. Ничего, зато будет знать, как таскать меня в будущем по подобным мероприятиям.

— Кэт… — произнесла женщина, словно пробуя моё имя на вкус. — Знаете, а вам ваше имя безумно подходит. Как внешне, так и характером.

Кошка с изумрудным взглядом и звериным нравом. Да, вы мне очень даже нравитесь. Напоминаете меня в молодости.

Это ещё что? Она предлагает перемирие? Или что-то вроде признаёт меня как личность?

— Правда, таких как вы, в мире шоу-бизнеса, целое море, — продолжала женщина. — Каждая вторая девушка — кошка, но выживают только тигрицы.

— Ничего, — улыбнулась я, словно мы лучшие друзья. — Как принято, у кошек девять жизней. Уж как-нибудь выкручусь.

— Ха-ха-ха… — искусственно засмеялась женщина, прикрывая рот ладонью.

— Кэт имеет ввиду, — вставил свои пять копеек дядя. — Что вам лучше начать с ремейка вашей песни. Конечно, будет неплохо, если вы предоставите её Тхэ Гёну.

— Неужели он так талантлив? — засомневалась Мо Хва Ран.

— Думаю, вы и так знаете, раз пригласили нас сегодня на обед, — ответила я.

— Ну, на кое-кого я не рассчитывала… — бросила женщина, осмотрев меня с ног до головы.

— Ну, конечно, он талантлив! — вновь привлёк своё внимание дядя, начиная краснеть.

— Это ведь сын известного Хван Гён Суна!

— Вот как, — отозвалась женщина с легким пренебрежением. — Ведь он унаследовал талант гениального дирижёра, поэтому должен быть также талантлив.

— Как ранее говорила Кэт, идея наличия таланта — относительна, — спокойно произнёс Тхэ Гён. — Я просто иду по его стопам.

— Только ваш отец… — отметила Хва Ран, стараясь отыскать хоть какую-нибудь эмоцию на лице Тхэ Гёна, но после вздохнула и продолжила: — Я не лажу с людьми, которые считают себя гениями, — взгляд на меня.

— Они такие чувствительные и привередливые. Это плохо кончается, — кажется, эта женщина мне только что угрожала.

— Даже если кто-то чувствителен и привередлив, — начал Тхэ Гён, привлекая на себя внимание. — До тех пор, пока он не станет эгоистичным, ничего плохого не случится.

— О, давайте кушать! — дядя теперь конкретно занервничал, так как почувствовал недовольство не только с моей стороны, но и со стороны Тхэ Гёна, а это уже плохо.