Трое в долине

Просто потому, что она меньше подвержена перепадам настроения и влиянию инстинктов. Именно поэтому Миррты — единственные, кто вот уже целое тысячелетие не стремится пробудить в себе зверя умышленно. Среди них за это время почти не было амр и не родилось ни одного ари. Они отказались от самих себя, от собственной природы… пожертвовали всем ради того, чтобы мы сохранили себя как единый народ. Но сейчас в роду Мирртов осталось всего двое взрослых мужчин: аму Нарин, который вот уже сорок лет отвечает за Норн, и Адан, который должен был в скором времени взять на себя обязанности вожака.

Я замерла.

— То есть он — последний?!

— Да, — кивнула нэла Арти. — Из-за отсутствия химер у вожаков нет возможности найти свою пару, поэтому в таких союзах не рождаются сыновья, и род вожаков продолжают женщины, забирая в мужья мужчин из других родов. Из-за этого их кровь постоянно разбавляется, слабеет. Однако аму Нарину не повезло вдвойне — из трех его дочерей ни одна не смогла родить ему внука. А у его сестры появился на свет лишь один-единственный сын, на которого возлагали массу надежд.

Как ты понимаешь, без звериной формы вожаки очень уязвимы. Но поскольку ни один крупный бой без них не обходится, то у них просто нет выбора. Стоит хотя бы одному амре перекинуться, как в отряде тут же воцаряется хаос. А если кого-то из них еще и ранят… Именно так девять лет назад мы потеряли отца Адана. Тогда же аму Нарин был искалечен и больше не смог водить за собой амр. Тогда как Адан…

Женщина прерывисто вздохнула.

— Мой Ноэн видел его последний бой. И то, как его, раненого, затянуло в портал вместе с толпой нежити. Но видно, сами богини вмешались в его судьбу, подарив ему шанс уцелеть. А заодно позволили пробудиться его крови, которая мертвым сном спала вот уже целое тысячелетие.

— Ему это чем-то грозит? — беспокойно заерзала я, не зная, чем обернется мое вмешательство в судьбу мастера Миррта.

— Кроме того, что ему будет сложнее найти общий язык с химерой, и того, что аму Нарин теперь долго не покинет свой пост? Вряд ли.

— А почему ему должно стать сложнее?

Нэла невесело улыбнулась.

— Да потому что в его роду никто не умеет договариваться со своим зверем. Вожаки не просто не будят химер — они годами пьют специальный отвар, чтобы этого ни при каких условиях не случилось. Понимаешь? Они умышленно давят в себе звериное начало! И Адан — не исключение.

— Почему же тогда его химера проснулась?!

Женщина хитро на меня покосилась.

— Это у тебя нужно спросить.