Трое в долине

Слишком широкое, слишком толстое, наверняка в кожу краями впивается, если посильнее сжать кулак. Потом, если честно, не присматривалась, поэтому не помню, носил он его или нет. А вот сегодня…

Кольцо, загадочно блеснув на солнце, мгновенно притянуло к себе все без исключения взгляды. Ник при виде него как-то хитро прищурился. Ланка озадаченно поскребла затылок. Нэла Арти грустно улыбнулась. Аму Нарин вздохнул еще тяжелее. Тогда как Ана… Ана внезапно побледнела, ее глаза, наоборот, потемнели, расширились, а с губ против воли сорвался горестный стон:

— Нет!

Она вскинула голову и уставилась на меня с таким выражением, что мне отчего-то стало неуютно.

Была в ее взгляде и обида, и боль, и целая гамма чувств, какая только может возникнуть у разочаровавшейся в своих надеждах женщины.

— Вот оно как, — помертвевшим голосом уронила она, глядя мне в глаза. — Значит, он уже выбрал.

— Ур-р! — предупреждающе заворчала Злюка.

— Да, — совсем сникла Ана. — Я поняла: выбор был твоим. Ему оставалось только его принять, и он, судя по всему, только что это сделал.

Она постояла, горестно прикрыв глаза. Помолчала, время от времени хлюпая носом. А затем гордо вскинула подбородок и, с трудом сдерживая набегающие слезы, подчеркнуто спокойным шагом поднялась обратно на крыльцо. Однако у самой двери все-таки не выдержала — обернулась и, кинув в мою сторону еще один долгий взгляд, тихо добавила:

— Береги его, сестра. Он еще очень неопытный вожак. Если останется со стаей один на один, то умрет, и ты никогда себе этого не простишь.

Так же, как не прощу и я.

С этими словами Ана тихонько скользнула в дом и так же тихо прикрыла за собой дверь. А я, убрав чужой перстень в карман, вопросительно обернулась к аму Нарину, после чего ему ничего не оставалось, как обреченно кивнуть:

— Идемте, эрты. Нужно поговорить. И после этого, я надеюсь, вы начнете осознавать, во что ввязались.

***

— То, что вы сегодня увидели, не должно выйти за пределы города, — устало произнес аму Нарин, когда мы поднялись в дом и устроились в просторной столовой.

Кроме нас, если верить «прозрению», в здании осталось всего несколько женщин и трое малолетних детей в дальних покоях. — Формально запретить я вам ничего не могу. Вы все же подданные империи, а не полноправные жители Норна. И тем не менее я вынужден просить вас хранить молчание. Особенно в той его части, что касается нашего нового вожака.

— Почему он решил уйти вместо вас? — первой рискнула задать вопрос Ланка.