Белорские хроники

Даже присловье такое есть: «без удачи и маг заплачет!»

‑ Это у самопальных ведьм не наколдовывается, а у толковых чародеев ‑ запросто, ‑ мертвой осенней листвой шелестел колдун, заметая ею, как зеленую травку, все доводы разума. ‑ Ну что, сторгуемся?

У парня, несмотря на только что выпитое пиво (три кружки, между прочим, на последние медяки, для храбрости!) пересохло в горле. Удача ‑ она, того, штука нужная! Даже понужнее меча с зельем будет: много их там, мечей и склянок, под паутиной валяется. Три рыцаря на паучиху ходили.

Два ведуна, то бишь мага боевых. Дружок Данькин, по пьяни, перед девками хотел выхвалиться ‑ тот, правда, назавтра обратно прибежал, зубами щелкая. До сих пор дома отсиживается. Ну, по огороду до нужника еще пройдется, а в лес ни ногой, хотя до паучихи без малого день пути. Издалека увидал, как она харчит кого‑то ‑ хватило.

А сколько там еще случайных проезжих, дураков да героев в паутинных люльках куколками сухими висит ‑ только они перед смертью и считали. К кому себя относит Данька, парень еще не определился.

Но твердо знал: так дальше жить нельзя. Горбатишься на хозяина от рассвета до заката, всех радостей ‑ поесть да с девкой в стогу поваляться, если чуток сил осталось. А жизнь‑то, она такая ‑ оглянуться не успеешь, как ни девкам, ни друзьям не нужен, а своего ничего не нажил. Нет уж, лучше к паучихе в лапы...

‑ Показывай свою удачу, коли не шутишь! ‑ нарочито грубо потребовал Данька.

Рыбка клюнула. Оставалось только аккуратненько подсечь.

Колдун бережно, как величайшую ценность, достал из кармана обрывок тонкой волосяной веревки и не спеша, тщательно выплетая пальцами, затянул на ней три обманных узелка.

Данька такими младшую сестренку забавлял: с виду узел как узел, а потянешь за концы веревочки, он и разойдется, только щелкнет негромко.

‑ И чего? ‑ не утерпел он.

‑ И того. ‑ Колдун бросил веревочку на стол, ровнехонько между собеседниками. ‑ Если понадобится тебе удача, пожелаешь ее и распустишь узелок.

‑ А сколько ты за нее просишь? ‑ Данька и на обычном‑то рынке торговаться не умел, мигом блеском глаз себя выдавал.

Прожженный старикашка и вовсе хомутом на шею влез, ножки свесил.

‑ Используешь один узел ‑ мне треть добычи отдашь, два ‑ две, три ‑ со всей расстанешься.

‑ Ага, хитренький! ‑ позабыв, с кем разговаривает, возмущенно завопил Данька. ‑ А ежели не сработает?!

‑ Хоть один не сработает ‑ не плати, ‑ сухо отрезал колдун. ‑ Но учти: если сработает, а ты мне солжешь или трофеи утаишь, я мигом узнаю.