Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

— То-то твой папенька на всех ваших слуг печать молчания навесил.

— Только на то, что касается службы и нашей семьи, — назидательно поправила меня Делька, — об остальном они могут болтать, сколько душе угодно.

Ну да, ну да… Удивительно, как это Редзян ещё не приказывает избавляться от всех, получивших расчет… а может, и приказывает. Не хочу знать.

Мы как раз подошли к невысокой кованой калитке, и Адель взмахнула рукой, подзывая служанку. Та сначала приглядывалась к нам, а после отставила на снег вычищенную жаровню и с любопытством приблизилась.

Видно, в руке у Дельки были зажаты не только перчатки — слишком уж алчно блеснули глаза у конопатой девицы.

— День добрый, панночки, чи хотели шось? — мягкий характерный говорок выдавал в ней уроженку юга Растии.

— Хотели, — не стала отрицать Адель. — У нас с пани Касей встреча была уговорена. Мы стучали-стучали, а никто не открыл.

— Ой, так вы й не знаете? — неуклюже всплеснула руками горничная. — Померла пани!

— Как померла? — я состроила удивленное лицо, решив подыграть подруге.

— Так и померла — во сне! — служанка сделала большие глаза. — Вчера ввечери бодра була, так мене клюкою своей новомодной вытянула по руке, шо аж синец у ладоню шириной! Во! — девица не замедлила показать тот самый «синец». — А все за то, шо ей грейку принесла, да стала уговорювать спати лечь пораньше. Ажно она все книжку читала поночи. Дюже не любила как мешають… Вот вчерась новых накупила, дорогущих, мне с тех грошей три месяца жить можно, а ей все забавки были! Все зло от тех книжок, её ж так поутру и нашли с книжкой той! А я й нашла! Ой напугалася до мокрых панталон.

Захожу, а она уж синяя вся и пальцами у книжку вчепилась.

— А что она читала, вы не видели? — с трудом прорвавшись сквозь её трескотню, спросила я.

— Та й кажу, книжку! — девица вытаращилась на меня как на полоумную. — Красненьку такую, с завитушками на углах, красивущими.

— Точно?

— Та шоб мене отут и провалиться! — горничная размашисто осенила себя знаком богинь.

— Мне ж ту книжку у ней из пальцев стылых выдирати пришлось! Вона, себе все руки поцарапала об те углы с завитушками. А пальцы ей так и не распарили, и в домовине лежала наче у ней лапы куриные скрюченные, да простят меня пресветлые!

Адель подбросила на руке тяжелую золотую монету и подалась вперед, заговорщицки прошептав.

— А вы бы нам те книги не вынесли? Ну, что пани вчера купила? Ей-то уже ни к чему, а мы вам заплатим.