Тайны Кипеллена. Дело о благих намерениях

— Та шобы у вас крылля поодсыхали, чи повыростали! — вдруг донесся до меня раздраженный писк, прервавший наш содержательный разговор. — Битый час их ищу, жду, а они антимонии разводят! Зла на вас нет, панночки!

Споро лавируя между плавно летящих снежных хлопьев, мне на плечо спикировала недовольная Фийона. Вот уж не было печали, мракобесы накачали! Её-то откуда принесло на наши головы?

— У меня скоро крылья отмерзнут! — наглая фея не замедлила залезть ко мне в капюшон и вольготно усесться там.

— Фийона, что случилось? — напряженно спросила я, понимая, что визит сержантки Серого Трибунала не сулит мне ничего хорошего… снова.

— Так твой чародей, будь он неладен, Ремицу втык дал за самодеятельность нашу маленькую. Склянку-то помнишь? — она подмигнула. —Ух, я думала, он этого занозу испепелит, прикоптит слегка его рожу холеную, а мне после отчет писать придется, кто да за что царственный хлебальничек расквасил.

Куць меня за ногу! Вот только не хватало, чтобы Балт сцепился из-за меня с Ремицем, да ещё по такому дурному поводу.

А по какому собственно? Про склянку я ему не говорила… И тут меня осенило! Так вот зачем лез в лавку тот бандит! За склянкой! И вчерашний внезапный приезд Габа точно как-то с этим связан.

— Так Габик ему клялся и божился что вообще ничего такого и не имел в виду, — продолжала изливаться Фийона, — шо дело разовое, плевое и усе под контролем. Только твой чародей ему, кажись, не поверил… И правильно, кто такому поверит, — буркнула она.

— Так этот жук меня припряг, мол присмотри за панночкой ради спокойствия пана капитана. Мне теперь твоею тень быть и никуда тебе от меня не деться! — довольно закончила она, глядя на наши с Делькой вытянувшиеся физиономии.

Вот Ремиц, вот гад! Удружил, резец мне в стило! Во что же ты меня втянул, следователь ты недоделанный!

— Так куда мы? — осторожно спросила Адель.

— В лавку заглянем, — сквозь зубы выдохнула я.

— Но там же опечатано до завтра.

— Ничего, сержант Трибунала подтвердит, что мы для дела, тем более, что с Врочеком можно и на пороге поговорить.

Из записок Бальтазара Вилька, капитана Ночной Стражи

Получается, что мой дорогой друг Габриэль снова затеял непонятную игру? Иначе зачем было отдавать Алане столь опасный предмет? Конечно, она живописец и не впала бы в «обдушевление», как простые стражники. Но, всё-таки стоило сначала посоветоваться со мной или хотя бы предупредить.