Сделаю, что смогу

Оба ножа попали в цель, но глаз никакого видимого вреда не получил, а рот, поймав нож, и пожевав его, со звуком – хе, выплюнул его, да так что он едва не попал в нас.

- Хозяин, - я уловил в голосе слуги нотки ужаса.

- Держись Круглый, мы и не такие шары в лузы загоняли!

Я почувствовал, как начинаю свирепеть, даже горло перехватило. Машинально схватившись за него, почувствовал шнурок, на котором висели свистки. Мысли молниями прошили мозг…

- Ну что, мячик ты футбольный, сейчас будем тебя рвать, как тузик грелку, - я шагну вперёд, доставая самый толстый свисток и поднося его ко рту.

В это время шар катнулся вперёд, и я услышал его голос:

- Сёма, я таки думаю сначала сожрём лошадей, а потом, этих костлявых, отнесём маме. Она же обожает хрустеть косточками…

Больше эта говорящая голова ничего сказать не успела – я дунул!

Дунул я! Вы видели, как надувают щёки трубачи – так я их передул всех вместе взятых! Если бы передо мной был парусный корабль, то боюсь он бы в секунду остался не только без парусов, но и без мачт и такелажа.

Жаль что я ни где не попрактиковался работе со свистком, потому что «ответка» прилетела сразу – это круглое, каменное ядро, разорвало на тысячу картечин, каждая из которых, как мне показалось, прилетела по мне. Хорошо, что шагнув вперёд, я невольно прикрыл Томаса, и его только немного зацепило по левой руке. Ну а я лежал бы весь в крови, утыканный каменным крошевом, если бы не браслет.

Он меня прикрыл голубоватым щитом, чем-то напомнившим мне щит от посоха магистра Филиппа.

- Твою дивизию!

Я огляделся, - Томас стоял с открытым ртом, не обращая внимания на кровь, что сочилась по рукаву его куртки. Лошади жались к стене, их по счастливой случайности, не зацепило, мой щит прикрыл и их, спасибо, что они стояли от меня метрах в пяти. Каменные стены самого прохода совсем не пострадали, не было ни трещин, ни обвала.

Видимо свисток работал узконаправленно! И это счастье, что так получилось, а то лежали бы мы сейчас заваленные кучами осыпавшейся породы.

Постой-постой, а что это ещё за Сёма? О каком Семёне говорила эта голова - репродуктор? Не успев как следует оглядеться, я услышал ржание наших коней.

Выругавшись совсем уж неприлично, я бросился к нашим скакунам. Круглый кинулся за мной, придерживая раненную руку.