ЖЖурнальные рассказы

Искусственный интеллект заметно перетрухнувшего Бреда угодливо развернул перед Лешем схему управления звездолетом, из коей следовало, что последний не управляется никем вообще по причине механического повреждения одной из плат главного блока. 

            Леш, ничего не понимая, уставился на вскрытую им же панель, в нижней части которой и заключался вышеупомянутый блок, до разборки представлявший собой монолитный корпус с нетронутыми пломбами изготовителя. Сломать блок, просто пнув по нему ногой, чем частенько грешил бортмеханик, таким образом выражавший свое возмущение от проигрыша Бреду в шахматы, представлялось невозможном благодаря пятисантиметровому титановому сплаву короба.

Разбирался он начиная с рельефной клавиатуры со встроенными по краям динамиками для общения с Бредом напрямую; от клавиатуры, в чем Леш успел убедиться, тянулись комья скрученных и переплетенных проводов, а уж где-то под ними находился сам блок в дополнительной герметичной скорлупе.  

            Руководствуясь антинаучным принципом “клин клином”, Леш стукнул по корпусу ногой – естественно, не оставив на том даже царапины. Разбирать сверху? Леш был совсем не уверен, что после сборки на полу не останется “лишних” деталей. На всякий случай он присел на корточки и внимательно осмотрел блестящий титан. Ни вмятинки, ни трещинки – только десяток синеватых комочков жевательной резинки, прилепленных неряшливым бортмехаником.

 

            И тут в основании корпуса раскрылась сотканная из тьмы дыра-нора, в которой, шевеля растопыренными усами, появилась черная острая мордочка. Леш вытаращился на нее, не веря своим глазам. У существа глаз было намного больше - целых три пары, соответственно увеличилось и доверие к оным: животное стремглав кинулось наутек, заваливаясь на бок при особо удачных курбетах корабля. Лешу и в голову не пришло его преследовать, он лишь постарался как можно точнее запомнить мохнатое Нечто вроде приземистой помеси шестилапой крысы и шпица, гордо задравшего штопор пушистого хвоста.

 

Дыра-нора затянулась так же внезапно, как и возникла. 

            Леш снова обратился к Бреду. Сломанная плата отвечала за связь “мозга” компьютера с устройствами ввода-вывода, а также аппаратурой второго уровня, управлявшей двигателями и системой жизнеобеспечения.