ЖЖурнальные рассказы

 На вопросы об инкубе и своих предшественницах она отвечала равнодушно и  сухо, не сумев сообщить нам ничего полезного.

— Если мы не сумеем его изгнать, твой брак разрушится сразу после постройки! — припугнула я.

— Ну и ладно, значит, так тому и быть, — вяло отозвалась доярка.

— Что, жених не нравится? — понимающе спросила Велька.

Девушка  впервые выказала какие-то эмоции, и то не лицом, а руками: коза  возмущённо заблеяла и попятилась, чуть не свернув подойник.

— А чему  там не нравиться-то? — ровно ответила рыбачка, поправляя подойник и  извиняющееся похлопывая козу по боку.

— Мужик как мужик. Богатый.  Видный. Уважаемый.

— То есть старый, толстый и лысый? — без труда расшифровала подруга. — Инкуб на его фоне не такой уж и плохой вариант?

Девушка ещё ниже склонила голову и ничего не ответила.

***

У выхода из посёлка мы снова столкнулись с главой артели.

— Ну как? — с надеждой поинтересовался он.

—  Пока никак, — мрачно ответила я, предвкушая еще одну ночь в компании  озабоченного демона.

Лучше бы он меня сожрать пытался, честное слово!  Инкубы и суккубы — крайне сложная в истреблении нечисть, их плохо берут  заклинания и они движутся слишком быстро для стали, к тому же лично мне  неприятно убивать то, что не пытается убить меня или других людей (разве  что попадётся излишне впечатлительная бабуля со слабым сердцем).  Ей-боги, проще ему уступить и расстаться полюбовно!

Я уже собиралась попрощаться, но тут мой взгляд случайно упал на небольшой каменный холмик за оградой.

На нём лежал стебелек.

Один.

Свежая кисточка конского щавеля.

—  А это что такое?! — Присмотревшись, я заметила рядом с холмиком  высохшую, скрючившуюся и полуоблетевшую, но все еще узнаваемую ромашку.

Интуиция меня не подвела.

—  А, была тут у нас одна дурочка, — равнодушно махнул рукой Квасей. —  Влюбилась в женатого мужика и легла с ним, а кто-то подсмотрел и  растрепал. Нашим же бабам, знамо дело, только дай языки почесать! До  того её засмеяли-застыдили, что она прямо посреди зимы из посёлка  сбежала — на ночь глядя, в пургу, ну и замёрзла, само собой, а потом  волки обглодали.

Или наоборот, кто там по костям-то разберет. По весне  уже нашли и похоронили — все ж таки человеческая душа была, хоть и  заблудшая.

— А мужик?

— А чего мужик? — непонимающе пожал плечами глава артели. — Огреб от жены скалкой и живо утешился, обычное дело.