Я не умею!

Между тем, «старческого маразма у троллей не бывает», и камни его не слушаются по какой-то другой пока не ведомой ему причине.

Выделялся в нашей разношерстной компании рыцарь, называющий себя Лордом Вильгельмом Третьим. Мне он сразу категорично заявил:

- Не знаю, как остальные, а я здесь ненадолго! На экзамене случилось недоразумение! Моя магия дала сбой, я просто устал с дороги. Сегодня же пойду к ректору и попрошу о переэкзаменовке.

Вот видит Великий Омм, я даже не знаю, чему больше удивился - тому, что этот знатный отпрыск какого-то там лорда отличается таким детским оптимизмом и упорством, или тому, что я его вообще об этом не спрашивал, а он, целенаправленно поднявшись с дальней парты у стены, подошел и глядя в глаза, заявил всё это.

Мда... Веселое выйдет у меня обучение...

Вот как раз, когда об этом подумал, раздался резкий грохот открываемой пенделем двери. На пороге оказались паренек и девушка. Несмотря на заметную разницу в росте и телосложении, это явно были близнецы.

Парень, сурово двигая кустистыми бровями, решил начать знакомство с классом со следующей фразы:

- Ежели кто из вас, подлецов, сестрицу мою снасильничать вздумал - так зарубите себе на носу, что не бывать этому!

Уже потом, через несколько минут мы выяснили, что близнецов зовут Тим и Тина. Приехали они учиться к нам из далекого глухого села, где просто до зарезу нужны маги-погодники, так как у них там что ни год, то «либо паводок, либо засуха». У Тины от природы очень высокий, но увы, не всегда управляемый потенциал стихийной магии огня.

Одну её в долгую дорогу и незнакомое место любящие родители отпускать не хотели. В качестве защитника к Тине прилагался брат Тим - слабый маг воды, и, хочется верить, где-то в глубине души очень даже дружелюбный паренёк. Чтобы попасть в один класс с братом, на экзамене Тина нарочно продемонстрировала слабый дар, что в её случае также более чем оправдано. Управлять сильными заклинаниями девушка ещё не умела, и ненароком просто могла кого-нибудь поджечь.

Пока мы, знакомясь друг с другом, болтали, в коридоре послышались тяжелые шаги. Никто кроме нашего будущего преподавателя это быть не мог, и мы, быстренько заткнувшись, расселись с самым невинным видом за парты.

Многострадальная дверь аудитории вновь распахнулась от пенделя. Зашел незнакомый нам угрюмый мужик в черном. Волосы его были уже с легкой проседью, хотя на вид он был еще весьма молод.