Целительница

На всем его протяжении через каждые миль двадцать расположились подобные маленькие селения: таверна, постоялый двор, конюшня и несколько домиков для тех, кто здесь работает. Завидев нового постояльца, из таверны выскочил мальчишка-конюх, и на меня пахнуло теплом из открывшейся двери. Я тут же в мельчайших деталях ощутила, как сильно затекли от долгой езды все мои мышцы. Поручив лошадь мальчишке, я, с трудом переставляя одеревеневшие ноги, зашла внутрь. На меня обрушилась та непередаваемая смесь запахов, что можно встретить только в придорожной таверне: дым очага, курительный табак, перегар и подгоревшая еда.

Я едва удержалась, чтобы демонстративно не сморщить нос.

Почти все столы, как и следовало ожидать, были уже заняты – сегодня первый день Золотой Листвы, в Риранде традиционно начинается большая ярмарка, которая продлится целое десятидневье, и торговцы со всей страны стараются попасть на нее как можно раньше. Я пробралась в самый дальний угол зала, где чудом отыскалось последнее свободное место.

Подавальщица, не дожидаясь, пока я что-то скажу, плюхнула передо мной на стол тарелку жаркого. Понятно, сейчас у них такой наплыв посетителей, что не до заказа разных блюд, готовят один большой котел и всем подают одно и то же. Девушка уже повернулась, чтобы уходить, и я едва успела ее окликнуть:

- А ложка?

Подавальщица смерила меня таким презрительным взглядом, что я обязана была смутиться и начать униженно молить о прощении за то, что я, недостойная, осмелилась просить о столь многом.

Видя, что этого не происходит, девушка вытащила из кармана заляпанную едой и явно уже побывавшую в употреблении ложку, вытерла ее фартуком и швырнула мне через весь стол. Я не смогла сдержать брезгливую гримасу.

- А чего ты хотела, дорогуша? – захихикал мой сосед по столу. – Скажи спасибо, что вообще дали.

Я бросила на незнакомца косой взгляд. Дородный к’тарр в алой куртке, плотно обтягивающей его живот, с черным хвостом на макушке. Все к’тарры собирали свои волосы в высокий пучок, а мужчины дополнительно выбривали виски и затылок.

По длине хвоста можно было судить о благосостоянии его хозяина. У этого к’тарра волосы доходили до лопаток, значит, зажиточный торговец.

- Я постоянно в дороге, - продолжал разглагольствовать незнакомец, - всякого навидался. Каких только людей не встретишь в наше время! Поэтому я ношу с собой свою собственную ложку. Меньше опасность подцепить какую-нибудь заразу.