Ворона и ее принц

Хотя… может, он и не собирается меня пока призывать? Нарочно усыпляет мою воронью бдительность?

А как проверить? Разозлить как следует, раздразнить, чтобы точно хотел поймать и перья выщипать, а самой удрать подальше и посмотреть, что будет? Сомнительный какой-то способ.

Ладно, напоить гаденыша надо в любом случае. Только сначала свистну где-нибудь в городе подходящий для вороньих лапок сосуд. Потом дождусь сумерек, чтобы грузовая ворона не бросалась страже и прочим любопытствующим в глаза, и полечу налаживать отношения.

Куда деваться-то.

Глава 8

Пока не стемнело, мне удалось переделать кучу важных дел. Во-первых, я несколько раз облетела город, благо он оказался относительно небольшим, заприметила ориентиры, запомнила, где рынок, а где резиденция главы города, поглазела на местный быт и мысленно составила карту. Во-вторых, я раздобыла кулек, в котором смогу носить злодеюке воду. В-третьих, я пошла на воровство. Выбирала зажиточных с виду жертв, тырила по чуть-чуть, едва не получила камнем по темечку, зато к вечеру я уже могла похвастаться богатой схоронкой: вяленое мясо, мешочек с орехами, овощи, годные в еду сырыми.

Будет, чем накормить пленника.

У меня даже мелькала мысль разжиться мелочью и попытаться купить порцию горячей лапши, но пойдут слухи о ручной вороне, а этого допускать нельзя, поэтому я от идеи отказалась. А еще я в компании других ворон побывала у здания стражи, послушала, о чем говорят, и порадовалась, что хозяйка чайной успела вывести детей за город и сбежать.

Учитывая, что я еще и перекусить успела, в башню я вернулась не только с ужином, но и в самом радушном настроении, готовая к диалогу.

Однако весь мой добрый настрой исчез, едва я увидела своего злодея. Видимо, за время моего отсутствия его снова навестили, и не просто навестили, а всю злобу за упущенных детей сорвали на нем.

Ек-макарек, ему не еда, ему лечение нужно, он же у меня щас тут на руках, в смысле на крыльях, и помрет!

Залитый кровью парень валялся в центре тюремной клетушки — сил не хватило доползти до своего матрасика.

Он даже не стонал. С перепугу я поначалу решила, что и не дышал. Всполошилась страшно — мало того, что жалко, так еще это мой единственный билет домой, к маме, папе и компьютеру!

— Кар-р-р!

На плечо ему сесть было нельзя — там живого места не осталось. Я спланировала на голову — на серебряную корону с камушками. В растрепавшихся волосах она висела криво и уже ничего не поддерживала — просто запуталась в прическе.