Я не аристократ

— Это не Яша так на него влияет? — на тощего зрелище возбуждающе не подействовало.

Он быстро листал таблицы эмоций, пытаясь подкорректировать психотип испытуемого.

Психотип никак не складывался: парень был вроде бы скромный, и вдруг такое начал творить, словно у него в башке переключатель переставили на режим «ловелас».

Ну, нельзя же так ржать в ванне с голыми девками, если ты пять минут назад краснел, как пацан!

— Не-а, не похоже это на Яшу, — прочавкал Пётр. — Яша у нас не на секс срабатывает, а на угрозу жизни: бей или беги.

Секс у него строго по расписанию, согласно биологическим моментам. В сезон. Что-то ты намудрил, Паша. Где-то в настройках галочки перепутал.

— Да что я там мог перепутать? Дела-то было — наложить инстинкты варана на слепок личности. — Павел посмотрел на пакет с пирожками на столе у Петра и поморщился. Кое-как зарубцевавшаяся язва ему такой еды не прощала. — А может, этот Сергей и был в душе бабником? — предположил он. — А тут выпрягся наконец. Все мы в душé..

.

— В ду΄ше. А кто-то вон и в ванне, — хмыкнул Пётр и проглотил «попку» от пирожка. Он держал её двумя пальцами, словно не собирался есть, но потом всё-таки сожрал. От общей жадности. Хотя в пакете у него оставалось ещё два пирожка. — Я бы понял, если бы он через неделю в гареме выпрягся. Но не в пять же минут!

— И что теперь? Это типа он нам эксперимент запорол, скотина такая? — поморщился Павел.

— Ну, почему запорол? В подвале у палача Яша включился, как надо. Ну а тут... Значит, не учли мы чего-то.

Ты думай!

— Так я и думаю.

— А надумал чего?

— Да ничего! Продолжать надо наблюдение, вот чего! По логике матрицы сознаний должны постепенно срастись. Тогда реакции станут более естественными. Но это явно ещё не сегодня, а я домой хочу, жрать и спать!

— Да погоди ты со своим домой. А если тело не выдержит, и матрицы не срастутся?

— Ну, подключи к капельнице. И давай уже сворачиваться. Завтра разбёремся, получился эксперимент или налажали. Время — десятый час!

— А.

.. э-э-э, — Пётр покосился на два последних пирожка. — А если придём, а клиент того? Куда его потом?

— Понятия не имею. За «потом» у нас ты отвечаешь.

Пётр всё-таки доел пирожки, огляделся, не завалялось ли на столе ещё что-нибудь? Труп — это стресс, а стрессы он заедал.

Ситуация Петра раздражала. Клиента он не жалел, конечно, хрен бы с ним да маленько. Но как это так: Павел, значит, лажает, а ему, значит, потом убирать?

— Слуш, а Марина? — напомнил Пётр.