Марья Бессмертная

Я потянулась и полной грудью вдохнула чистейший после выпавшей росы воздух, размышляя, не подремать ли еще.

— Ты тут держись начеку, царевна, — словно угадав мои мысли, посоветовал посох. — В самом-то Залесье князь Радогор порядок навел, а вот по окрестностям могут и тати бродить.

— Нашел чем пугать, — фыркнул Конь. — Да они и моргнуть не успеют, я уж мимо проскочу.

— Простые разбойники может быть, да только тут не только они бродят, — возразил Яр.

— А кто еще? — я начала нервничать.

— Я, когда с купцами в карты играл, разговоры послушал малость, — произнес тот.

— И упоминали они, что по окрестностям воин странный шастает. В Залесье не заходит, а вот на границах княжества его встречали. Купцы говорили, что он в одиночку ватагу разбойников разогнал, а потом еще и с нежитью какой-то бился, аки богатырь из нашенских.

— В одиночку? — протянула я. — Положительный герой, значит?

— То-то и оно, — подтвердил посох. — Сам, говорят, огромный, весь в броню закованный, точно наши рыцари смерти. Конь его тоже весь в железе.

Щит у него треугольный с рисунком каким-то, а вооружен копьем здоровым, да мечом тяжелым.

— Может, богатырь? Илья Муромец какой-нибудь? — предположила я, судорожно копаясь в памяти о персонажах русских сказок.

— Да какой Илья Муромец! — Конь пренебрежительно мотнул головой. — Илья в одиночку редко ездит. Все с побратимами своими — Добрыней и Алешей. И латы он не носит. Так, кольчужку легкую накинет, и буде.

— А из оружия Илья Муромец палицу предпочитает, — добавил Яр. — Сам-то он из народа вышел, вот и привык дубьем махать.

Оно ему сподручней, чем мечом. Нет, другой тут кто-то бродит. Но нам в любом случае с ним встречаться не стоит. Мы все ж с богатырями не ладим, нежить они не любят.

Миленько. Как-то я до сего момента о политической обстановке особо не задумывалась, а сейчас осознала весьма неприятную вещь. Раз богатыри за условное «добро» сражаются, а я нахожусь на противоположной стороне, то я — «зло», получается? То самое, которому в конце каждой сказки неминуемый капец приходит?

«Капца» не хотелось совершенно.

Однако перспектива повиснуть на цепях рядом с папочкой лет на пятьсот вдруг стала весьма и весьма вероятной. Картинка предстала перед мысленным взором с такой ясностью, что я аж вздрогнула. Бр-р!

Нет, лучше об этом не думать, а просто не рисковать и перестраховываться.

К счастью, дорога оставалась пустынной.

Ближе к полудню земля под копытами сделалась влажной, и в воздухе запахло сыростью и мокрой древесиной.