Марья Бессмертная

— Кажется, знаю я, кто этот Белогор-колдун, что с ящерками общается, да огонь вызывает! И давать ему доступ к Источнику за ради жизни какого-то бродячего рыцаря весьма опрометчиво!

Я посмотрела на умирающего Ланселота. Потом перевела взгляд на Яра и отрезала:

— Он не «какой-то». Он погибает из-за меня!

После чего решительно взяла у Белогора колечко…

Но тут раздался звонкий встревоженный голос:

— Не надевай!

Я резко обернулась и увидела… себя.

Полупрозрачная я, одетая в богато расшитый сарафан с высокой короной, усыпанной драгоценными камнями и жемчугом.

Нет, не короной! Я вспомнила, что эта штука называется кокошник. А еще у этой «меня» была длинная коса, перекинутая через плечо на грудь.

Неужели?..

— Василиса? — внезапно охрипшим голосом спросила я.

Образ ее кивнул.

Так вот ты какая, сестра-близняшка. И впрямь не отличить.

Я со смешанными чувствами разглядывала самого близкого человека и, одновременно, самого главного своего врага. Врага, которого, несмотря ни на что, не могла ненавидеть.

Злиться, обижаться — да. Но ненавидеть… черт возьми, это сестра все-таки!

А вот лицо колдуна при виде Василисы помрачнело. Улыбка исчезла, как и не было, черты заострились, а в глаза сердито вспыхнули.

— Зря ты появилась, — холодно произнес он. — Неужто думаешь, что Марья тебя слушать будет? Ту, которая ее смерти жаждет? Исчезни, а лучше приди лично и без Ивана Гвидоновича… пообщаться.

— Кабы могла — пришла. Не боюсь, — глядя на Белогора почти с ненавистью, бросила Василиса.

— У тебя здесь не так и много власти. Сила твоя у Источника Мертвого огня, а тот далече.

— У тебя власти, после того как наследства Кощей тебя лишил, и вовсе кот Баюн наплакал, — парировал тот. — Каково оно, вообще без Источника жить, только на мужа надеючись?

Зацепил. Василиса на миг даже губы поджала, но тут же взяла себя в руки и обратилась ко мне:

— Не надевай кольцо, Марья. Имя свое он тебе только мирское назвал, а истинное-то умолчал. Знай, Наволод это, сын Медной горы хозяйки, духом с миром Нави связанный.

— Так и знал! Это он! — яростно зашептал посох.

Я же едва сдержала новый изумленный вздох. Еще одна новость! Белогор — сын хозяйки Медной горы? Ничего себе! Откуда у нее вообще сын-то? Хотя, если вспомнить бабушкины сказки, которые как оказалось, ни черта не сказками были, эта хозяйка Данилу-мастера к себе забирала, да и не только его…

— Наволод ко мне свататься приходил, да я отказала, — продолжала, тем временем, Василиса.