Восхождение Темного Лорда. Том 3: Альфа и Омега

Видя истощенное состояние своей благодетельницы, оставшаяся с ней наедине Элис без лишних раздумий предложила Целестии свою собственную кровь в качестве пищи для восстановления сил.

Не став спорить со своей служанкой, Целестия со словами “бон аппетит, ниа” жадно присосалась к бархатистому запястью лисодевушки. Та в свою очередь лишь умилялась ее невинному милому личику как у кормящегося с груди матери младенца.

Какое-то время спустя, вдоволь насытившись, Королева Вампиров медленно погрузилась в мир сладких кроваво-красных сновидений.

Заботливо накрыв уснувшую кошкодевочку одеялом, Элис с дрожью в коленях удалилась в комнату для прислуги на первом этаже, где ее уже ожидали для проведения процедуры восстановления. Ночь была тихой и безмятежной, пока...

//...бамс...//

– Мммм... Какого…

Кошкодевочка-вампиресса, в полудреме, нехотя приоткрыла один глаз, но спустя секунды три, опротестовав решение своей владелицы, он самопроизвольно закрылся под тяжестью собственного века.

//...ебадахх.

..//

– Ни-ааа! Задолбали, нано!

Несмотря на огромное желание как следует отоспаться, Целестия пробудилась ранним утром из-за потревожившего ее покой шума в соседней комнате. Не выспавшаяся вампиресса выхватила из под своей мордашки подушку и, в знак протеста против вселенской несправедливости, плотно накрыла ей голову, изолировав тем самым свои сверхчувствительные к звукам кошачьи ушки от разгулявшейся за пределами ее покоев утренней суеты.

– Господин Алькос?! Все сюда! Нужно срочно перенести его в лазарет!

//СКРРРРР//

Скрипя зубами, сереброволосая кошкодевочка сжала свои миниатюрные ручки в кулаки до хруста костей.

– Ну все, ниах! С меня довольно! Вы наступили на хвост невыспавшемуся тигру, нано!

Встав с кровати, она проследовала к закрытой двери своих покоев и распахнула ее ударом ноги.

//БАММ//

– Кому тут так не терпелось, ниах, стать моим ранним завтраком… Нано?

//…………...//

Не найдя взглядом ни одного адресата для своей пламенной речи, она внезапно осознала что была единственной на этаже, кто создает хоть какой-либо шум.

Заметив на полу коридора размазанное, уходящее в сторону лестничного пролета кровавое пятно, Целестия озадаченно почесала себя за ушком.

– Ни стыда, ни совести, ньиа. Нашумели, насорили, разбудили и смылись как ни в чем не бывало, нано.

Понурив ушки, Целестия медленно побрела обратно в свои покои. Внезапно, ей на глаза попалась неслабая вмятина напротив двери в гостевую комнату.