Книга вторая. Прожорливое терпение

Рыжая мелочь была аж на 40 уровней выше меня и, что особенно неприятно, являлась единственным представителем женского пола в этом подземелье. Мелким, злым и очень решительно настроенным. Мысль о том, чтобы кинуть на нее «Выбор дамы», попытавшись поймать на ошеломлении, отдавала безумием и смертельным риском, но, скорее всего, мне просто некуда…

– «Яростное пронзание!» – зло вякнула мелочь, тыча в моем направлении обоими копьями. Те, вытянувшись метра на три, вовсю лязгнули по щиту, выдав сноп искр и сняв с меня чуть ли не последнюю сотню очков здоровья.

Посмотрев на их остаток, я скорбно взвыл:

– Да что ж ты злая-то такая?! Когда тебя в последний раз яростно пронзали?!!

Тами остановилась как сломавшийся механизм. Посреди движения. Замерла, выпучив на меня глаза. Большие такие, красивые… Тишина воцарилась буквально оглушительная. Затем в ней раздалось слегка подрагивающим голосом Яссуса Нафтаха:

– Ну нахер! Я сваливаю!

Гномка стремительно начала багроветь. Краснота поднялась у нее, казалось, аж от пяток, неудержимо захватывая начавшее искажаться в совсем уж зверской гримасе личико.

Расставив пошире ножки, она вонзилась в меня совсем уж нехорошим взглядом, а затем начала медленно, зловеще и злорадно проговаривать название новой техники:

– «Нисхождение гнев…»

И тут я начал действовать.

Подземелья в нормальном мире, таком как мой, где кредиты, ипотеки, супер отвратительная пицца и суши, при виде которых любой японец немедленно бы сделал повару харакири, знамениты тем, что это узкие зловонные дыры, полные плесени и миазмов.

Там могут бегать крысы, гнить органические останки, а еще периодически всё обрушивается, погребая во тьме разных черных археологов, черных риэлторов и бездомных кошек. Про канализацию можно вообще успешно молчать – там плывут говны и смытые несознательными горожанками прокладки.

В Фиоле, как в порядочном исекайном мире, с подземельями был полный порядок. Если речь шла о них, то всё было хорошо и даже замечательно! Ширь! Простор! Отсутствие неприятных запахов! Высота потолков, достаточная для того, чтобы здесь себя уютно чувствовали не только какие-то там люди, но и трехметровые минотавры, любящие как следует размахнуться своим большим топором!

В помещении, где должна была произойти сделка, были не только проложенные кем-то зачем-то когда-то рельсы, на которых стояли вагонетки с добром, но также, параллельно этим самым рельсами, в уютно выстланной серым кирпичом канаве вполне себе бежала куда-то река.

Или поток.