Больница Людей и Нелюдей

И что это было? Судя по ошарашенному взгляду Жура, он тоже не понял такой реакции.

Через несколько минут та же горгулья снова появилась в палате, но на этот раз не одна. Следом зашел, как ни странно, наш куратор. Инкуб задумчиво посмотрел на нас лешим, перевел взгляд на дриаду, помолчал немного, вздохнул и выдал:

- Сильное погружение. Чересчур сильное. Последствия кошмара я, конечно, уберу, но вот проснуться она должна сама.

Взгляд напарника прояснился.

Похоже, он наконец понял, с чем именно мы тут столкнулись. Значит, дура полная как всегда одна я. Привычно уже, угу.

Сортарин поводил руками над пациенткой, пошептал что-то типа заклятья и вышел, удостоверившись, что пятна с тела мученицы исчезли. Вместе с ним ушла и горгулья.

- Жур…

- А? Ах, да. Спит она. Сейчас просто спит.

- А раньше?

- А раньше мучилась от кошмара. Кто-то ее сильно «любит», раз ведьминское снадобье раздобыл, не поленился.

- То есть… Эти пятна…

- Последствия наведенного кошмара. Зелье добавили в еду/питье, скорее всего, вместе с пожеланиями «насладиться» всей гаммой чувств, вот и получилось… Что получилось…

- А ты почему ничего не нашел?

- Потому что не спец по снам. Это у нас куратор может существ из сновидений вытаскивать. Физически она здорова. А то, что с ней в кошмарах происходит… Тут я уже бессилен.

Сурина:

Бесполезная деятельность присланного в больницу сотрудника правопорядка давным-давно утомила всех: и людей, и нелюдей. У работников и пациентов всей больницы появилось общее, объединяющее народ желание: поскорее избавиться от этой занозы в мягких тканях, и желательно насильственным путем. Человечишка каждый день метался по этажам, развивая бурную деятельность, то и дело проводил обыски и допросы, якобы пытался найти злоумышленника, но пользы от него было, что от демона – благодати.

У меня начало отчаянно дергаться левое веко при одном только упоминании об этом толстяке с длинным носом и рыбьими глазами. Норн Исир. Всё. Ни фамилии, ни рода. Ничего. Этакое пустое место с защитой от «высших». Именно эта защита и спасала наглого человечка от неминуемой расправы.