Путь Дракона – шаг 1. Планета Гончих

— Ни за что! — отрезал Рой.

— Да не съем я тебя. Не волнуйся, я предпочитаю девочек, — подмигнул правитель и обратился к секретарю: — Вот почему у его чешуи такой красивый зелёный цвет только когда смущается, а как недоволен становится слишком тусклым. Гораздо лучше смотрелось бы наоборот, а то на приёмах сидит как болотная поганка.

— Что ещё вам не нравится? — опять завёлся драконианец. — Цвет не тот, живу не так, дышу не так. Замените уже тем, кто всем устраивает, а меня оставьте в покое.

— С удовольствием, как только найду пункт возврата и обмена бракованных драконов.

Идём спать?

— Я лучше в карцер пойду.

— Ладно, — махнул рукой правитель. — Оставайся в зале. Только трон не трожь!

* * *

Посреди Дормора в одинокой пещере на Лысой горе второй час подряд громко и нецензурно высказывался в пространство Верховный Жрец Бунопом, распугивая местную мелкую живность. Он не ожидал, что сообщники отступят от первоначального плана и в последний момент решат убить Роя вместе со всеми, несмотря на уговор выкрасть.

Да теперь ещё и все уверились, что на службе у правителя опасный дракон. Ситуация становилась всё более неприятной.

* * *

После полного волнениями дня Рой спал плохо, хотя ему принесли мягкий и удобный матрас. После пятого кошмара, когда пригрезилось, что толпа с факелами топит его в болоте, драконианец подскочил и больше не стал ложиться. Утром Рой удивил правителя настойчивым желанием лично посмотреть в глаза тем, кто против него готовил заговор. Вайтинагри распорядился привести тех, кого успели задержать по показаниям барона Пакгаузена.

Драконовская тактика допроса не отличалась разнообразием, но оказалась эффективной. Рой смотрел большими печальными глазами и спрашивал: «За что?» Сначала правитель пытался добавлять уточняющие вопросы, но быстро понял, что это лишнее. Подсудимые недолго жались и кряхтели, а потом их прорывало так, что не могли остановиться.

У всех мотив был один: страх, что дракон раскроет их грехи. Дальше шли такие богатые списки, что тюремный секретарь еле успевал записывать и часто бледнел, хотя привык ко многому.

Рой же слушал спокойно, только становился всё мрачнее, отчего каждый следующий допрашиваемый признавался всё быстрее. Когда список прегрешений иссякал, драконианец добивал вопросом: «Неужели вы думали, что если меня убить, все эти преступления исчезнут?» — после чего вываливали всё про сообщников, кто убедил, как договорились и прочее, а также все надежды на изменения или, чаще, их отсутствие.