Эхо далекой войны

В тот момент, когда она звонила мужу, голос его был озабоченный… мрачный какой-то… Она перенесла малышку в кроватку, проверила, всё ли в порядке, и подошла к телефону:

– Алло, дорогой! У меня всё в порядке, а как у тебя?

Жак ответил не сразу:

– Да как сказать, милая…

Валя встревожилась:

– Что-то нехорошо? Ты не можешь сказать по телефону?

– Прости, милая. Не могу. Может быть, дома.

– Хорошо.

Валя разъединила и занялась обычными домашними делами. Всё вроде в порядке, но разговор с мужем тревожил.

Не может сказать, что случилось… Скорее всего, что-то на работе. Какое-то неприятное преступление? Все преступления неприятны, и жена полицейского должна к этому привыкнуть. Взять хотя бы несчастную женщину, задержанную час назад за попытку похищения …

Муж приехал домой к восьми – на полтора часа позже обычного. Если бы у Вали и не было оснований для беспокойства из-за телефонного разговора днём, они появились бы сейчас – Жак выглядел печальным и сумрачным. Валя подошла к нему, мягко обняла.

Жак попытался улыбнуться, обнял, поцеловал жену. Подошёл к детской кроватке, мягко взял в руки, поцеловал девочку. Та не спала – улыбнулась папе, потрогала ладошкой его лицо. Засмеялась, когда Жак вернул её в постельку. Валя вздохнула:

– Милый, рассказывай.

– Прямо сейчас?

– Да, пожалуйста, не тяни.

Жак грустно кивнул и увлёк жену в спальню. Валя настойчиво посмотрела ему в глаза:

– Ну?! Я жду! Какое-то преступление?

– Да, родная моя. Убийство.

Валя ничего не сказала.

Убийство – это всегда страшно, кем бы ни были преступник и жертва, что бы между ними ни произошло. И всё же убийства в практике мужа не были редкостью, а таким печальным и озабоченным он выглядел впервые. Подошла к мужу, мягко прикоснулась ладонями к его щекам:

– Милый, расскажи, что тебе гнетёт. Вместе легче.

– Да, любовь моя. – Он выдохнул и покачал головой. – Какая-то непонятная жестокость. Оба раза.

– Два убийства? – негромко констатировала Валя, скорее для себя.

– Да.

Стариков… пытать… Перевернуть весь дом…

Бессвязная речь мужа была слишком понятна, но и страшна. Горечь, владевшая Жаком, начала переходить в Валю. Она вздохнула:

– Можно, ты расскажешь об этом подробнее?

Жак помолчал немного и кивнул.

Надя

«Сегодня в нашем клубе вечер танцев. Цена билета 100 руб. Вход для девушек свободный». Это написанное от руки объявление висело на почерневшей от копоти выхлопных газов стене невысокого кирпичного здания.