Скульптор

– Диван слишком маленький, предлагаю тебе лечь на пол, - предложил я и расстелил на полу покрывало, взятое со своего диванчика. Она снова посмотрела на меня с подозрением, видимо ожидая какого-то подвоха, но тем не менее перебраться с дивана на пол, согласилась.

Коррекцию ноги я начал с лёгкого массажа, периодически не сильно якобы вытягивая ногу в длину. Дунра вскоре расслабилась и закрыла глаза, мой лёгкий массаж ей стал нравиться.

– Замри, - тихо прошептал я и также тихо, щёлкнул пальцами.

Заклинание сработало, после чего я взялся за ногу крепче, чтобы сильнее потянуть. Практически сразу понял, что взялся за ногу не так, как надо, нога стала удлиняться не в том месте. Поняв это, решил, не укорачивать её обратно, а просто переместить плоть сверху в то место, где нога стала выглядеть тоньше. Сколько времени занимался вытягиванием ноги, не знаю, работу завершил одновременно с ударом колокола Тихохода, означающим, что мы прибыли в место назначения.

– Отомри! – сказал я также тихо, подкрепив заклинание щелчком. – Всё, на сегодня, думаю, будет достаточно, можешь встать.

Дунра, решив, что за несколько минут я мало чего мог добиться, перебралась с пола на диван и стала надевать туфли.

– Мы кстати прибыли в Ченст, колокол только что сообщил.

– Да!? Я почему-то не слышала.

– Потому что не имея совести, откровенно храпела, пока я твою ногу выправлял!

– Не может быть, я вообще никогда не храплю! – Заявила она и встала.

Как только встала, сразу почувствовала, что с ногами по-прежнему проблема, то есть одна короче другой. Она, видимо подумав, что туфли надела не правильно, переобулась. Перемена мест туфель естественно дала результат, но он лишь глубже загнал девушку в тупик.

– Сними их, - подсказал я, мысленно хихикая над её озадаченным выражением лица. Сняв туфли, она несколько минут смотрела на свои ноги, пока до неё наконец-то не дошло, что они теперь одинаковые по длине.

– У тебя получилось! – завизжала она от радости и повисла на моей шее. – Получилось, получилось, получилось! – продолжила она, только теперь уже со слезами радости.

– Ну, вот видишь, а ты боялась. У меня руки-то, оказывается, на что-то ещё годятся, как впрочем, и ноги, и другие части тела, - добавил я уже гораздо тише. Мог бы и громче сказать, потому что Дунра меня сейчас вообще ничего не слышала, эмоции заблокировали и слух, и память.