Здравствуйте, я ваша ведьма!

Вот он, суровый естественный отбор во всей своей неприглядной красе.

- Здесь есть проход, – подал голос Горыныч.

- Что? - не сразу поняла я.

Если это шутка, то дурацкая. Грешно смеяться над совершенно беззащитной девушкой, попавшей в безвыходную ситуацию. Но Змей не шутил. Он действительно нашел проход.

- Только я в него не пролезу, – печально вздохнул он.

Мне стало его жаль.

- Послушай, ты ведь Змей Горыныч, ты можешь взлететь и запросто выбраться отсюда.

Идея оказалась настолько гениальной, что я чуть не запрыгала от радости.

В русских народных сказках Змей Горыныч – персонаж с крыльями. Он умеет летать и дышать огнем. Не говоря уже о немыслимой силе. Не зря же наши сказочные богатыри изрядно намаются, пока прикончат ящера.

- Крылья – мое больное место, – потупился Змей.

- И давно болят? – деловито осведомилась я.

- Кто? – опешил тот.

- Крылья.

- Они не болят.

- Ты же сам только что сказал, что они твое больное место.

- Да не могут они болеть.

- Почему? Любая часть тела в принципе может болеть.

Нервные окончания там, и все такое, – не сдавалась я.

- У меня не могут болеть крылья, потому что крыльев у меня нет.

- Как это? Ты же Змей Горыныч. А у Змея Горыныча просто обязаны быть крылья.

- То-то и оно, – тяжело вздохнул Змей. – Я – позор семьи. Потому и живу на болоте подальше от родни и насмешек. Змей Горыныч, который не пышет огнем, не летает и даже от дурацкой твари избавиться не может…

Он зарыдал навзрыд. От богатырских всхлипываний дрожали стены ямы, грозя обрушиться в любой момент.

Если нас не завалит землей, потоп будет непременно. Что лучше: быть погребенной заживо или утонуть в слезах несчастного ящера? Прямо не знаю, что выбрать. Такое обилие перспектив – глаза разбегаются.

- Да погоди ты расстраиваться, – попыталась утешить я разнесчастного Змея. – Наверняка у тебя просто куча других достоинств.

- Правда? – задумчиво всхлипнул тот. – Каких?

- Ну-у-у, я не знаю, – растерянно протянула я.

Как-то не могла подобрать нужный ответ, чтобы не вызвать очередное слезоизвержение.

Что ни говори, а инстинкт самосохранения у меня развит. Как назло, в голову ничегошеньки не приходило. Действительно, что утешительного можно сказать огорченному ящеру, над которым смеется вся родня? Надо мной, например, вся Академия магических наук потешалась, и тут я тоже с идеями как-то не нашлась. Гениальность на сегодня иссякла полностью.

- В конце концов, крылья в Змее – это не главное, – расплывчато заявила я, напустив на себя философский вид.