Паутина времени

Крис поддержал ее недоверие косым взглядом в сторону Найтингейла. Таким им не доводилось видеть ни эльфа Таллиэля, которого так правдоподобно изображал Бриан, ни самого сына Пресветлой, обычно казавшегося самоуверенным и бесстрашным.

– Тьма? – севшим голосом переспросил он и нервно сглотнул. – Тьма – это всего лишь одна из составляющих Бытия. Что-то сродни стихиям, просто могущественнее и разрушительнее. С ней можно договориться. Даже смерть – это тоже Бытие, его зеркальное отражение.

А Хаос… я не знаю, как вам объяснить. Он просто стирает все. Ни памяти, ни души, ни надежды. Небытие, возведенное в Абсолют, стремящееся пожрать все, что создал Единый.

Бриан знал о восстании Отступника Гэбриэла и о цене, которую пришлось заплатить, чтобы миры во Множественной вселенной продолжили существовать. Но Юля и Крис пока видели перед собой лишь тонкий разлом, спугнувший кочевников и убивший океан. И если, когда ткань одежды рвется, ее зашивают, почему нельзя поступить здесь таким же образом?

– Пока не впечатлило, – честно призналась Юля Бриану и с любопытством направилась прямиком к разрезу реальности.

Крис, чуть больше проникнувшийся словами Найтингейла, все-таки не стал останавливать супругу, понимая, что если уж она втемяшила что-то в свою упрямую голову, даже Хаос не сможет переменить решение Юльтиниэль. А потому император последовал за своей супругой.

Бриан остался стоять на месте, не решаясь сделать шаг вперед и одновременно понимая, что он не должен оставлять эту сумасшедшую парочку наедине с Бездной. В противном случае, Хель успеет придумать для него такое наказание, что Найтингейл пожалеет о том, что не додумался нырнуть в Хаос.

Девушка остановилась в паре метров от щели, в которую также монотонно и бесшумно продолжал утекать мертвый океан. И, наклонив голову набок, начала перебирать в памяти заклинания, которыми можно было бы заштопать этот разрыв, оставив о нем только светлую память.

Почувствовав рядом с собой Криса, приготовившегося ее страховать, Юльтиниэль почти совсем расслабилась, ощутив непоколебимую уверенность в собственных способностях.

Обратившись к дремлющей внутри нее силе, девушка сконцентрировала магию на самых кончиках пальцев, потянувшись к трещине, как к ране на теле мира.