Худший из миров. Книга 2.

Я все узнал, он по самые уши был в эпической броне, а его меч светился от силы так, что можно было ослепнуть. Такую тварь можно вызвать только кристаллом призыва, полученным от богов, — Шура нервно выдохнул и слегка успокоился, — послушайте, Командор, я не буду сейчас вас спрашивать откуда вы достали такую редкую и очень дорогую вещь, просто вызовите орара, или после того как погаснут факелы местные обитатели нас сожрут.

— Всего-то? А ну ка, Таран, вызови-ка нам орара. Давай поройся в сумочке и найди его.

Таранкин залез в свою огромную сумку и достал из нее шлем орара.

Командор выхватил шлем из рук подельника, и напялил его на голову Егору.

— Знакомьтесь, Шура, эпический орар собственной персоной. Правда мы вызвали его без кристалла, но надеюсь, эта информация вам поможет?

— Я не понимаю, — Шура растерянно развел руками.

Командор достал из сумки пузырек с желтой светящейся краской. Ярко осветив пространство вокруг.

— Ну, Шура, вы же «талантливый аналитик». Сложите два плюс два.

"Талантливый аналитик" был поражен до глубины души.

— Подождите, так вы что?

Командор, улыбаясь достал из сумки небольшую кисточку. Шура схватился за голову:

— Все, нам хана!

— Шура, чего вы так расстраиваетесь? Ну грохнут нас. Выберемся отсюда, потом соберемся в каком-нибудь местечке. Дел-то?

— Это, Командор, — замялся Таранкин, — тут такое дело. В общем у меня с собой колечко.

— Да причем здесь ваши колечки!? — Взорвался Шура. — Мы с вами в закрытом данже. Из него есть два выхода. Первый — это если мы перебьем всех в локации в течении двух часов или второе, мы выйдем из локации по истечению определенного срока.

Периоды могут быть разными, от трех недель, до трех месяцев. Для каждой группы этот период времени рассчитывается по-своему.

Шура присел на корточки держась за голову.

— Часов через семь погаснут факела и нам хана.

— А если по одному сжигать? — предложил Таранкин.

— Освещение должно быть интенсивным, я раньше бывал в этом данже. Три факела — это минимум.

Мать мою, я даже не подготовился, три факела и веревка! Что ж теперь будет?

Таранкин нервно присел рядом и начал покачиваться. Олег Евгеньевич, напротив, был спокоен и безмятежен.

— Я уже говорил вам ни раз, уважаемый Шура, уныние — худшие из зол.

«Талантливый аналитик» снял с головы шапку и надел ее на компаньона. В пещере стало светло, и Командор узрел тварей, о которых говорил Шура. По всей площади пещеры ползали чудовища довольно внушительных размеров.